Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

О нашем родном эгоизме

№ 10, тема Добиться успеха, рубрика Образ жизни

Здравствуй!

Ты, надеюсь, еще помнишь мое старое письмо о русском разладе? То самое, где я писал об уродливом и непонятном отчуждении друг от друга, охватившем все наше общество и даже проникшем в наши отношения с родными и близкими. Твой ответ звучал тогда приблизительно так: «Если все действительно так ужасно, то было бы вдвойне стыдно нагнетать панику. Стоило бы не пугать и стыдить людей, а попытаться помочь им разобраться. Что толку вопить о кризисе, когда не знаешь, как из него выбираться?»

По поводу паники я сразу же возразил тебе, что когда люди видят горящий дом, то они сначала кричат «Пожар!», а потом уже делают все остальное. В конце концов, выход из любого кризиса редко находит именно тот, кто впервые его заметил. И все-таки на твой главный вопрос у меня тогда не было ответа. Я, как и ты, как и тысячи людей в России, мог сколько угодно сокрушаться по поводу того, что наш народ превращается в толпу одиночек, буквально распадается на атомы, но не мог толком объяснить даже самому себе, отчего это с нами происходит. И вот теперь, спустя почти год, я, кажется, знаю ответ. Все дело в нашем эгоизме.

«Ничего себе, ответ! – скажешь ты. – Везде, во все времена, у всех народов эгоисты тянули одеяло на себя, в то время как альтруисты приносили свои интересы в жертву другим. Что здесь нового?»

Само слово «эгоизм», понятное дело, ничего не проясняет. Мы слишком привыкли к обобщенным трактовкам подобных понятий, которые будто бы всегда и везде одинаковы. Но я веду речь не о чем-то «всемирном», а об особенном, зародившемся и процветающем именно здесь, в России, «нашем» эгоизме, главные отличительные черты которого – маловерие и отчаяние.

Страсти эти, прямо скажем, не слишком приятные. Даже простое, но излишне длинное рассуждение о них может оказаться для человека опасным, поэтому я изо всех сил стараюсь писать короче.

Нравы и стандарты современного российского общества таковы, что почти каждый из нас, прежде всего, хочет достичь успеха в этой (или хотя бы в какой-то другой, неземной) жизни. Большинство наших нерелигиозных сверстников, да и людей постарше жестко ориентировано на личное процветание. Религиозное меньшинство, к которому мы имеем счастье принадлежать, озабочено проблемами собственного спасения. При этом все мы готовы добиваться своих целей практически любыми средствами, и в этом, действительно, мало чем отличаемся от европейских, американских или любых других эгоистов.

Отличия начинаются там, где мы пытаемся понять, какой же «успех» нам нужен. «Карьера, машина, квартира, счет в банке, загородный дом…» – все эти международные потребительские идеалы, на достижение которых миллионы наших западных соседей самозабвенно тратят десятки лет, соблазняют нас ненадолго. Даже те немногие, кто движется по этой лестнице относительно удачно, быстро охладевают к ее соблазнам. Тяжело, иной раз просто невыносимо ощущать, что от твоей «карьеры» больше всех выигрывает твое корпоративное начальство; что твой счет в банке помогает процветать банку, а не тебе; что твои «машина, квартира, дача» – всего лишь кормушки для сотен совершенно чужих людей, от автостраховщиков до ландшафтных дизайнеров… Ведь когда ты ради всего этого выкладывался «по полной», ты рассчитывал на что-то более серьезное, прочное, весомое.

Так русский успешный потребитель понимает, что зря потратил свои лучшие годы. Многие самыми разнообразными путями пытаются заглушить это понимание. Одним по душе алкоголь, другим – разврат, третьим – экстремальный спорт. В этих сферах жизни тоже можно пытаться достичь «успеха». Увы, чувство отчаяния по мере роста подобных «успехов» только увеличивается.

Неуспешных, то есть застрявших в своей «гонке за лидером» потребителей, у нас, конечно, гораздо больше. Но вот парадокс – отчаявшихся людей немало и среди них. Казалось бы, им-то еще есть за что биться. Но они предпочитают тонуть. Кто-то догадывается о бессмысленности игры слишком рано. Кто-то утрачивает веру в свои силы. Очень многие тихо ненавидят не только лидеров, но и своих «партнеров», смутно осознавая, что настоящего успеха в этой гонке вообще никому не дано достичь.

Те, у кого еще остаются душевные силы, приходят в Церковь. Многим из них грезится слава подвижника или даже «карьера святого», кое-кого привлекает статус церковного администратора. Но даже самые «скромные и смиренные», мечтающие «всего лишь спасти свою душу и попасть в рай», бездумно перешагивают через трижды повторяющееся в Евангелии предупреждение: кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее.

Перешагивают через эту цитату и современные христиане других конфессий. У тех же протестантов «личное спасение» и выросшее на его почве «личное преуспеяние» уже пять веков считаются доблестью и даже долгом. Но ведь для достижения такой ситуации их предкам когда-то пришлось низвергнуть Соборную Церковь, как единство всех (а не только успешных) верующих. Выдающихся успехов в том же бизнесе на Западе подчас достигают люди довольно строгих правил, настоящие, а не комедийные «джентльмены удачи», и ни к какому отчаянию их это не приводит. Ведь у каждого из них есть свой маленький «личный бог», одобряющий все их честолюбивые усилия.

Но потомки великого православного народа, приняв подобные правила жизни, чувствуют себя крайне несчастными. Потеряв ориентировку в духовном пространстве и соблазнившись чужими ценностями и целями, мы так и не смогли измениться. Мы одновременно жаждем добиться успеха, с самого начала плохо верим в его возможность и отчаиваемся, видя его бренность и неполноту. Мы годами молимся Богу о «счастье в личной жизни», о том, чтобы солнце светило только нам каждый день (а лучше, и ночью), – и с ужасом предчувствуем, что такого «счастья» Бог никогда нам не даст.

Итак, в ситуации с поисками индивидуального счастья мы, как это уже много раз происходило в истории, опять незаметно для самих себя догнали и перегнали Запад. Вообще-то любое общество, построенное на эгоизме, рано или поздно должно кончить пессимизмом и отчаянием, но русские сумели пройти этот путь за какие-то 20–30 лет. И если самодовольные эгоисты Запада из чувства самосохранения еще пытаются держаться друг друга хотя бы «на людях», то большинство русских наивно обменяло любовь к ближнему на веру в себя, потеряв при этом и то и другое.

Удивительно, но ориентация на мнение окружающих при этом сохранилась. «Нормальному» эгоисту обычно наплевать, что о нем думают соседи. Мы же, напротив, добиваясь чего-то для себя, постоянно желаем и даже требуем, чтобы наши достижения приветствовались и одобрялись возможно большим числом людей. Всеобщая неудача на этой почве создала дополнительную травму. В самом деле, кому приятно поддерживать близкие отношения со свидетелями собственного жизненного банкротства (это касается сегодня не только детей, но и отцов). Вот и ответ на вопрос «Зачем нам так рано нужно отдельное жилье?» Это не столько площадка для старта карьерной ракеты, сколько берлога, чтоб в одиночку зализывать раны.

Знаешь, я сам не уверен, что от изложенных соображений хоть кому-нибудь сразу станет легче. Но поразмыслить над ними в любом случае стоит. Однако что же нам теперь делать? Как выбираться из этой берлоги? Опять каждому в одиночку? И какой должна быть наша новая цель?

Для начала важно понять, что, как бы ни менялся мир, для русского человека настоящий значимый успех по-прежнему может быть либо общим, либо… чужим. Во втором случае мы лишь временно обменяем отчаяние на зависть, а когда поймем это, снова впадем в отчаяние. Что же касается общего успеха… На Западе его понимают как простую арифметическую сумму индивидуальных. Иногда это верно, но как можно представить себе сумму индивидуальных успехов в такой тяжелой и масштабной ситуации, как, например, война? Общее количество захваченных у врага населенных пунктов? Сумма полученных наград? А те, кто погиб на подступах к этим пунктам или был обойден наградой, стало быть, исключаются из числа победителей? По-моему, всякий нормальный человек в России скорее признает победителем закрывшего своим телом вражеский пулемет Александра Матросова, чем выжившего ловкого тылового ворюгу с продовольственного склада. Но где же успех погибших героев? Он достался их детям и всем тем, кто выжил.

Понимаешь, это очень важно. Святые не потому только стали святыми, что праведно прожили свою жизнь (у некоторых это, к сожалению, не получилось), но потому, что их подвиг теперь принадлежит всей Церкви, а значит, и нам с тобой! Безымянные древнерусские иконописцы, строители храмов, составители канонов и акафистов, достижениями которых мы так часто пользуемся, работали в первую очередь для вечности. И так везде: священник служит литургию, композитор сочиняет музыку, пограничник сторожит границу, дворник метет улицу не столько для себя, сколько для других людей. Хорошо, конечно, если они делают это талантливо. Но, с другой стороны, даже и не очень одаренный человек, любящий и умеющий делиться плодами своего труда с ближними, всегда будет неизмеримо успешнее и счастливее самого талантливого эгоиста.

Знаешь, в свое время нам всем задурили голову тем, что это «коммунистическая демагогия». Мол, сначала постройте свое личное счастье, а уж потом, если захотите, осчастливливайте других. Но ведь это лукавство. Коммунизм, если на то пошло, как раз не справился с задачей организации всеобщего служения друг другу. Кстати, слишком многие современные антикоммунисты ненавидят погибший СССР не по идейным соображениям, а именно за то, что обещанный им «рай на земле» так и не был построен. Они в него верили, а их обманули. И поэтому они, разочаровавшись в «общем рае» и растащив его по кускам, неутомимо созидают для себя свой собственный, в тысячу раз более несправедливый и жестокий «рай индивидуального пользования». И поскольку Бог в таком деле – не помощник, они готовы молиться об успехе кому угодно, даже Его врагу. Надеюсь, ты понимаешь, что весь этот раздрай недолго будет сходить нам с рук?

Европейский оптимистический эгоизм дает хотя бы тень наслаждения (за этой-то тенью весь мир и едет на Запад).

Коллективный эгоизм малых народов какое-то время помогает им выживать за счет больших (при этом они непрерывно стонут, что именно большие народы их угнетают и грабят).

Русское негативное себялюбие с самого начала не дает ничего.

Погоня за пустотой назло ближним быстро оборачивается не только личным, но и всеобщим крахом. Именно поэтому личная работа на благо окружающих должна стать нормой нашей жизни как можно скорее. Она послужит России, но спасет прежде всего нас самих.

Можно, конечно, отчаяться, даже помогая семье, трудясь на благо Отечества и работая для Церкви. Тут самое время спросить себя: скольким людям приносит радость такая работа? Как правило, только одному, да и то в мечтах. Ведь не секрет, что многие так называемые «националисты» и «консерваторы» с самого начала своей деятельности ищут лишь политического успеха да славы, а на Россию им так же наплевать, как Гитлеру на Германию. Там же, где во имя Божье или ради счастья ближних собираются хотя бы двое или трое, отчаяние невозможно.

Хотя – и это последнее, о чем я собирался сказать – даже среди сравнительно сплоченного сообщества возможен еще один мало замечаемый нами грех, ведущий к расколу. Нас озлобляет и обессиливает наша неблагодарность. Всякий успех нуждается в фундаменте. И ничто так не подрывает этот фундамент, как вековая привычка видеть вокруг лишь ошибки и недостатки. «Если у предков не вышло, то у нас и подавно…» Но, позвольте, – у предков-то как раз многое вышло!

Прежде чем добиваться чего-нибудь вместе или порознь, стоило бы хоть оглянуться на то, что у нас уже есть, и подумать: кому мы этим обязаны? На эту тему я мог бы написать тебе еще десяток страниц, но пусть каждый из нас для начала подумает сам. Было бы хорошо, если бы после такого раздумья мы бы не только смогли сознательно сказать Богу: «Слава за все!», – но и почувствовали признательность к тем близким людям, через которых Он всегда поддерживал нас.

Мы уже давно отвыкли говорить им спасибо. А ведь нам есть за что благодарить даже не самых приятных наших сограждан. Ну хотя бы за то, что они каждый день называют нас по имени, общаются с нами на нашем русском языке, не позволяя забыть его. Может быть, ясное понимание этого счастья и станет нашим первым настоящим успехом?

 

Твой NN

 

 

Рейтинг статьи: 5


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru