Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

А-ля рюс

№ 65, тема Вдруг, рубрика Профессия

Они стали утльтрамодными, но еще пятнадцать лет назад олицетворяли отсталость и бедность. Они прочно ассоциировались со старостью и маленькими детьми, да еще с извечной простотой. Символ России.

Валенки

В начале 2000-х русскими валенками вдохновились ведущие дизайнеры. Но, походив по подиуму, валенки пошли на улицы, чем не многие вещички от кутюр могут похвастаться. Маленькие производства выдержали вал заказов и бурно развиваются. Крупные обувные фабрики считают своим долгом иметь несколько моделей валяной обуви. Некоторые мировые производители выпускают лимитированные партии. Востребован, как никогда, мастер-валяльщик.

– Кто носит мои валенки? – смеется Татьяна Загайнова, мастер по войлоку. Конечно, валенки не могут покупать все подряд. Те, кто заказывают у меня, – люди разного достатка, и, понятно, не на последние деньги покупают такую обувь.

Как-то одна знакомая рассказала, что студент попросил сделать валенки. Она спрашивает: «Ты понимаешь, что это не дешевая вещь?» – «Да, понимаю. Но сейчас среди студентов очень модно обувь ручной работы носить…»

Тут недавно узнала, что на горнолыжные курорты люди берут валенки. Уж что только не придумали с горнолыжными ботинками – и стелька подогревается, и сушилки с автоматической подачей воздуха… А люди счастливы, когда в валенки влезают из ботинок этих. Я очень рада, что людям сейчас это нравится!

– Почему валенки носят?

– Когда младшей дочери подарили первые валенки, она их обула на босу ногу и дефилировала по квартире часа два. Потом спать ложиться – она в валенках на кровать. Куда, спрашиваю, в обуви? Разуваться же надо! Нет, говорит, в них хорошо!

Старшая, как только листья опали с деревьев, стала валенки носить – и до распускания листьев весной! В прошлом году у нее было две пары – одни потолще, другие потоньше. Сейчас хочет новые, но пока не получается никак ей свалять, заказов много.

Вот мои желтые стоят. И мне другой обуви не надо! В валенках температура постоянно 36,6. И тепло, и сухо, и комфортно, и лечебно. И стильная войлочная обувь!

Треплют, катают, а зиму таскают

– Как происходит само валяние?

– Приходите на мои мастер-классы, я все покажу и объясню. А в общих чертах это происходит так: раскладывается на выкройку шерсть, смачивается мылом и водой, и начинается процесс валяния. Притирается так, чтобы ворсинки между собой как следует сцепились. Потом шерсть надрезается, и заготовки с шаблона снимаются. Опять валяю руками, мылом и водой. Выполаскиваю и потом начинаю катать рубелем. Потом придаю объем (до этого я еще работала с плоской заготовкой). Потом опять промываю, они высыхают, приклеиваются и пришиваются к подошве. И после этого идет окончательная увалка.

Валенки я делаю без колодки. Прорабатываю только рукой. На ощупь определяю плотность войлока, провалянность. У меня валенок цельноваляный, и снаружи и внутри один и тот же. Делаю его впритык. Вы походите две недели, войлок садится так, как именно вашей ноге нужно.

– Сколько шерсти идет на одну пару валенок?

– Если валенки высотой 40 см, то общий шаблон (на два валенка) у меня будет метр – 80 см сами валенки и коэффициент на усадку. На хорошие толстые валенки уходит до килограмма шерсти.

– Сколько времени требуется, чтобы сделать одну пару?

– Три дня, а может и неделя уйти. Я предпочитаю делать валенки без украшений, мне нравится лаконичная обувь. Любой рисунок, любой декор обязывает к чему-то, его надо с чем-то связывать.

Ваньку валяют

– Как получилось, что вы стали валяльщицей?

– Мы долго пытались второго ребенка завести. И только спустя семнадцать лет я смогла уйти в декрет. Когда младшей исполнилось полтора года, мы стали ходить с ней на развивающие занятия. В том же клубе проводились разные мастер-классы для мамочек. Первое, что мы стали валять, – бусы, броши, шарфики – элементарное. Один шарфик сделала – понравилось, другой сделала… Ну, давайте теперь что-нибудь посерьезнее. Попала на мастер-класс по валянию жакета, его проводили девушки из Тюмени. Они еще спрашивали: «Вы что-то делали?» – «Ну да, – говорю, – три шарфика». После этого они пытались меня отговорить от жакета… В общем, я этот жакет сейчас с удовольствием ношу.

Ну а потом я увидела анонс мастер-класса валяльщицы из Украины Марины Климчук «Валенки». Я подумала: ну ладно, схожу, сделаю себе валенки. Заняла денег…

Тогда делала из шерсти новозеландского кардочеса. Натуральный цвет, должен валяться легко. Стала валять, а он не валяется, и все тут! Все вроде правильно делаю, но… то мыла много, то воды много… пока я их валяла (а мастер-класс длился три дня), я себе костяшки пальцев разбила в кровь. Мастер подошла и за 10 минут поставила все, как надо. С каждой шерстью нужно уметь работать.

– После неудачного начала бросить не хотелось?

– Позже я решила из другой шерсти попробовать свалять демисезонные ботиночки. Сделала, дочке тоже захотелось такие. Потом в гости приезжали друзья, не поверили, что обувь эта была сделана полностью руками. Я сделала для них пару. Ну и пошло. На все надо ставить руку.

– Главное – это самореализация, а не финансовое благополучие?

– Время идет, мне надо из декрета выходить. На старое место не хотелось. Мне очень нравилось то, что я начала делать. И интересно было, и, в то же время, очень тяжело. Раскладку шерсти приходится делать в полусогнутом состоянии, да и уваливается тяжело. Конечно, я не надеялась, что это уменье меня будет кормить. Хотя каждый мастер подспудно думает, что этим как-то можно зарабатывать.

Кто-то видел мои валенки, интересовался. Заказы пошли через знакомых. Сарафанное радио работает лучше, чем интернет. Потом одна знакомая семья семь пар валенок заказала, потом еще сразу несколько пар в одни руки ушло. Одна женщина себе две пары заказала, а когда забирала, приехала с сестрой – они близняшки. Сестре тоже надо. Ей две пары. И племяннице. И маме надо – вон серые стоят, я доделываю.

Сейчас ремесло кормит. Но нужно понимать, что это та же самая работа, она занимает время. Утром я отвела дочку в садик, и с девяти утра начался мой рабочий день. Вечером забираю ее из сада и снова подхожу к столу, когда уложу ребенка спать.

– А каково отношение окружающих к ручному труду? Конечно, с одной стороны, это модно – «хендмейд». С другой, из советского прошлого тянется память о корявых, блеклых и неудобных вещах с термином «самопал».

– У нас в стране не очень понимают цену ручной работы. Потому что слабо представляют сам труд. То, что руками сделано, продается практически по себестоимости. А ведь ручной труд никуда не уходит и не уйдет: шили, вязали, вышивали испокон веков. И у нас в семье было принято обучать девочек рукоделию. А «самопал» – это совсем другое. Из-за мелких недобросовестных, вечно экономящих кооперативчиков сместилось понятие ручного труда.

В Японии, например, очень ценится ручной труд. Мастер Ацуко Сасаки делает сумочки из мериноса. Ее мастер-класс стоит тысячу долларов. Обычно мастер-класс стоит примерно столько же, сколько готовое изделие. Так что валяная сумочка стоит тысячу долларов в Японии.

Прост, как валенок

Татьяна предлагает померить ее валенки, и я с удовольствием засовываю ноги в солнечный желтый войлок. Первое ощущение – очень мягко. Ради эксперимента я пришла в своих заводских валенках и теперь сравниваю.

– У меня валенок вдвое тоньше, я так понимаю, что это уже не войлок, а фетр?

– Нет, это войлок. Промышленный войлок. Но, все-таки у вас не валенок. Это такой войлочный сапог. Войлок раскраивают и сшивают, стелька там другая…

В год на заводах, в среднем, делается 4 миллиона пар валенок. В таком количестве шерсти взять практически негде. Поэтому в шерсть добавляют до 50 % разных добавок: синтетику или отходы с других производств. Промышленный войлок усадить вручную не удастся. Во-первых, какое это количество?! Чтобы быстрее было, заготовки опускают в чан с кислотой. Потом прессом поднимают на колодку, затягивают. Промыли пару раз и сушат. Но как только валенок в кислоту погружается, шерсть теряет свои лечебные свойства. Даже когда старые мастера шерстобиты делали, они использовали медный купорос, чтобы увалять быстрее. Самая чистая технология на сегодняшний день – это мыло и горячая вода.

– Валенки можно валять из любой шерсти, или нужна какая-то особенная?

В России одна из пород овец, с которыми можно работать и с которыми работали всегда, – это романовская. Но сейчас их мало где разводят. Шерсть нужно правильно подготовить: сначала подстричь, сделать это вовремя, по сезону. Лучшая шерсть – осенней стрижки, когда животные утепляются на зиму. Если овца мясной породы, то ее шерсть не подходит для валяния. Как раз «мясная» порода, если остригается, то идет на промышленный войлок. Но если козу или овцу сначала убивают, а потом снимают шерсть, то такая шерсть не проваливается. Во время убоя у животного идет выброс адреналина, он проходит и в шерсть. А от адреналина волос умирает. Один из трендов в современном мире – это экологичность. Для моих валенок ни одна овца не пострадала!

Не мытьем, так катаньем

– Ваша основная профессия имеет какое-то отношение к валянию?

– По образованию я конструктор-модельер женской одежды. После школы не поступила, у родителей денег не было платить за обучение, а идти в педагогический я не хотела, понимала, что это не мое. Вышла замуж, и мы уехали на Чукотку. А там вообще не наездишься, посещение сессии из-за перелета стоило очень дорого. Я спокойно относилась к образованию, зная, что девяносто процентов людей поступают на платное, заканчивают вуз, а по специальности не работают. И вот только когда мужа перевели в Москву, я поступила на заочное отделение. Техникум закончила в 35 лет.

– Зачем в 35 лет понадобилось образование?

– Во время войны мой дед пропал без вести, а бабушка от голода погибла. И мой папа с дядей попали в детдом. У папы не было высшего образования, но он всю жизнь учился. И очень хотел, чтобы у меня было высшее образование.

– Учиться сложно было?

– Ну, кое-что я уже смыслила. У меня была просто замечательная учительница по труду в школе. Потом, я заканчивала курсы кройки и шитья «Любакс». Так что некоторая база у меня была, и я пошла туда, где хоть что-то понимаю.

– А как начались ваши мастер-классы? Это же шаг к становлению. Ну, а когда пресса пошла, это уже полное признание!

– Как я к ним пришла? Я бы никогда не стала их вести, просто валяла бы дома, и все. Но у меня начала спрашивать хозяйка студии, Оля Антропе, где часто проходят мастер-классы. А у нее, в свою очередь, другие обо мне спрашивали. Так что меня просто подбили попробовать. Оказывается, это востребовано! Есть люди с огромным желанием учиться! Мне звонят из других городов, спрашивают, могу ли я приехать, они там уже группу собрали.

Мне пора вылезать из Татьяниной пары. А я не хочу! Мои, ранее любимые, синие заводские валенки кажутся теперь жесткими. Раздумываю, что бы такое спросить, чтобы еще постоять в самодельной обуви.

– И все-таки, валенки – это обувь или выпендреж?

– Обувь! Конечно, обувь!

Александрина Маланина

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru