Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Десять минут отцовского счастья


Беседа с альпинистом, профессиональным спасателем и многодетным отцом Александром Абрадушкиным

 – Саша, когда ты был молодым и неженатым, ты представлял себе, каким ты будешь отцом?

– Вряд ли я тогда об этом серьезно думал. Вот каким быть мужчиной – да, думал. В юности у меня вообще не могло быть правильного представления об отцовстве, потому что не было православного стержня. Но для меня положительным примером был отец – сильный, волевой человек. Как говорится, блажен тот отец, у которого был ОТЕЦ. Это важно – иметь перед глазами хороший пример, потому что многие качества передаются именно так, а не на генном уровне.

– Когда родился ваш первый сын, ты растерялся или уже был морально готов и принялся воспитывать его с пеленок?

– Я начал его воспитывать: стал его крутить и вертеть – заниматься с ним физкультурой. Все это кончилось тем, что я поставил его в стойку на кистях, он подвывихнул себе руку, и ночью зимой мы с женой тащили его к хирургу. Врач посмотрел и говорит: «Что ж вы делаете, братцы? Это ж ребенок, какая здесь физкультура?» Тут мое такое суперспортивное настроение и ушло. Стало страшно.

Когда у нас родился второй, Алеша, я подошел к владыке Алексию и сказал: «Владыка, а хорошо ли купать детей в проруби?» Он говорит: «Не знаю. Воспитывай детей в духе святых отцов. А там уж сам решай, купать – не купать». То есть существует две стороны жизни – духовная и все остальное. Духовная – основная.

– А какая главная задача отца в семье?

– Отец олицетворяет в семье Христа. Он должен быть готов отдать себя всего ближним. Когда я крестился, мне батюшка сказал: «Теперь всячески пытайся походить на Христа». Прошло уже много лет, и я вижу, что сходства нет. Это печально, но в каком-то смысле нормально. Как только ты понимаешь, что ты негодный папа, появляется шанс это как-то исправить.

Отец должен выстроить отношения в семье, выстроить домашнюю Церковь. Если есть совместная домашняя молитва – значит, есть хорошая семья. Это основа. У нас пока не выходит осуществить это в полноте. Но у меня есть хороший пример: мой кум и его домашняя Церковь. Помимо того, что они ходят в храм, у них совершается домашнее богослужение. Пусть небольшое, но совместное, и когда я бываю у них дома, я вижу, что здесь есть полнота, и вокруг этого духовного стержня все остальное начинает нарастать.

– Когда ты сам стал отцом, твое отношение к отцу как-то изменилось?

– Конечно. Изменилось вообще отношение к моим родителям. И чем я становлюсь старше, тем больше оно меняется. И слава Богу, потому что пока не выстроены правильные отношения со своими родителями, невозможно выстроить отношения со своими детьми. Я вдруг понял, что когда празднуют мой день рождения, это праздник не мой, а мамы с папой.

– Как ты занимаешься с детьми: со всеми сразу или с каждым ребенком отдельно?

– Понимаешь, быть многодетным – это большой труд. Иногда не хватает мужества, чтобы, придя с тяжелой работы, не сесть отдохнуть, а подойти к ребенку, поговорить с ним... И чем больше детей, тем меньше возможности уделять им время, хотя это неправильно. Батюшка говорит, что многодетному отцу надо находиться дома. Как это осуществить, я не знаю: кто тогда будет семью кормить? Но я понимаю, что когда решу этот вопрос для себя и буду дома хотя бы с 5 часов вечера, хотя бы через день, тогда, наверно, у меня начнет получаться больше заниматься с детьми.

Конечно, с каждым ребенком надо хоть по 10–15 минут общаться отдельно. Можно взять его с собой в магазин и по дороге поговорить. Со старшим это проще: ребенок уже взрослый, хороший, ну, немножко буянит иногда. Когда мы вечером вдвоем едем на всенощную, я стараюсь перевести это общение в нужное русло. Правда, иногда, когда пытаешься углубиться в какие-то серьезные, связанные с возрастом, проблемы, – не выходит, не пускает ребенок. Тогда остается просто монолог: рассказываешь, как необходимо поступать в разных ситуациях. Ну а кроме этого есть и какие-то внешние общие интересы – машины там всякие, самолеты…

– Кстати, об общих интересах. Ты много ходил в горы, навосхищался, наполнился впечатлениями. Не возникает желания как-то передать это сыну, пристрастить его к этому?

– Я хотел бы с ним пройти по всем тем местам, хотя на это и десяти лет не хватит, да и Памир, Тянь-Шань для нас уже недоступны, но было бы интересно провести его по горам Кавказа и Крыма. Но слово «пристрастить» здесь и выдает всю суть. Все эти занятия не должны быть с пристрастием, здесь должно быть определенное понимание, правильно расставленные акценты. И, конечно, все положительные знания должны детям передаваться. Поэтому иногда мы вместе ходим в походы.

В последнем зимнем походе он меня приятно удивил. У нас была задача устроить ночевку без палаток при морозе минус 18. Мы развели костер. Спали на специально устроенном настиле под тентом. И было очень приятно, что Никита проявил активность в устройстве этого бивака. Видно было, что он там самый опытный. Он работал наравне со взрослыми мужчинами, без подсказки. Это показатель того, что такое «походное» воспитание работает. Хм, а ведь действительно работает!

– А он сам интересуется альпинизмом, просит тебя об этом рассказывать?

– Он – существо индивидуальное, и совсем не обязательно, чтобы ему это было интересно. Но как-то в летнем лагере мы сидели у костра, и я вел беседу с ребятами об альпинизме. Я рассказывал полтора часа, и после этого Никита ко мне подошел и говорит: «Папа! Что ж ты мне это никогда не рассказывал?» И я ведь действительно никогда не рассказывал, потому что для меня эта тема уже на втором плане. Когда я пришел в Церковь, у меня поменялось отношение к тому, чем я раньше занимался. Раньше я был захвачен горами, ездил в экспедиции. Сейчас я не считаю себя вправе это делать.

– Как ты считаешь, если отец полностью не раскрывается перед своими детьми, не пытаясь им передать любовь к тому, что он любит, их отношения могут быть по-настоящему искренними?

– Но ведь есть и другие темы. Настоящая жизнь в семье выстраивается вокруг каких-то конкретных, ненадуманных дел, в которых дети должны принимать активное участие: поход в магазины, уборка, готовка, летом – дом в деревне, огород, – все должны заниматься этим. Конечно, по мере сил: наш семилетний сын уже может в чем-то помогать, а трехлетней дочке это пока тяжело. Хотя она у нас – самая главная помощница: моет посуду. Она, конечно, воду на себя выливает, брызгается, играет, но все равно в этом участвует.

В идеале для мальчиков нужно иметь верстак и на нем что-то делать. На мой взгляд, к 16–17 годам парень должен научиться работать, взаимодействовать в коллективе. Но на все эти занятия нужно время. Если его нет, то отцовского воспитания не происходит.

 – А как выглядит выезд многодетной семьи в храм? Допустим, вы собираетесь всей семьей, а младший сын говорит, что он не пойдет, он не выспался…

 – У нас такого нет. Поездку в храм дети обычно ждут. Это естественно – мы едем в храм, и ни у кого не возникает вопросов, ехать или не ехать.

– А помимо веры, что ты хотел бы передать своим детям? Какие-то свои жизненные позиции, взгляды, или во всем остальном они сами должны набирать свой жизненный опыт?

– Весь свой положительный жизненный опыт, на мой взгляд, необходимо передавать очень активно. И прежде всего – своим поведением, своим отношением к жизни, к близким. Здесь будет работать только собственный пример, какие-то поучения можно просто оставить. Нужно брать и делать: брать и подметать, брать и мыть посуду… И этим приучать детей: ты уставший, но все тоже устали. И это будет наиболее действенно. Об этом больно говорить, потому что не так уж часто удается быть достойным примером, но к этому надо стремиться. И прежде всего – покаянно помнить, что с Божьей помощью все возможно.

– Саша, вы с женой сами для себя можете определить специфику семьи, где почти все дети – мальчики?

– Мы уже привыкли к мальчикам. Наверное, здесь никакой особой специфики нет. Конечно, мальчиков необходимо воспитывать в духе подготовки к служению Богу, Отечеству и ближнему – то есть быть воинами Христовыми. Кто такой воин Христов? Это человек, который был в крестных страданиях, положил жизнь за други своя.

Скажешь, легко об этом рассуждать, когда дети еще не призваны и не находятся в Чечне, – но я бы не хотел, чтобы мой ребенок пытался, как сейчас говорят, откосить от армии.

– А если сын придет к тебе с вопросом: «Папа, посоветуй. Меня достают. Как поступить: бить или не бить?» Что ты ему ответишь?

– Когда я был в юношеском возрасте, моя мама дала мне такой чудный совет: «Сынок, всегда старайся от конфликта уходить, уходить до последнего, но если конфликт неизбежен, то надо биться достойно, до конца». Если к вам подходит взбудораженный человек и вы чувствуете, что назревает конфликт, надо не заводиться, не думать, куда бы ему сейчас рукой или ногой лучше вмазать, а войти в его положение и понять, что ему плохо, в душе пожалеть и помолиться о нем, и это зачастую смягчает обидчика, и конфликт сам собой отходит. Но если на вас занесен нож, а мы святости такой, как у Серафима Саровского, не имеем, то, наверное, надо уметь противостоять, а здесь нужно уметь и защищать, и защищаться, и удары отражать.

– Наверное, изо дня в день пытаясь устраивать быт многочисленной семьи, вы сталкиваетесь с большими проблемами. Как они решаются?

– Это особая тема. Господь дает детей, Господь же дает и средства для их воспитания. У нас нет ни в чем никакой нужды: если нужна одежда для детей – пожалуйста, она появляется. Нужна еда – она появляется. Все необходимое на нас просто буквально сыпется. Мало кто сейчас получает государственные квартиры –  нам Господь ее дал. Нужна была машина – нам ее подарили. Нужен был холодильник – подарили. Только подумаешь: «Чего еще не хватает в новую квартиру? Дивана», – звонок через 15 минут: «Вы знаете, у нас диван есть, почти новый, может быть, возьмете?» – «Возьмем». За последнее время столько явных чудес с нами произошло! Но так было не сразу.

Последний вывод, который я сделал, – это нужно иметь еще больше упования на Бога, чтобы понять, что если я сейчас прекращу работать и начну выполнять благословение побольше бывать в семье, то у меня ничего не убавится, а только прибавится.

– Думаю, все-таки мало кто может представить, как трудно быть отцом в многодетной семье… Откуда силы берутся?

– Если есть самая простая небольшая молитва в течение дня, то и силы есть. Если ее нет, то и сил нету.

– А в чем твое утешение?

– Знаешь, когда я учился в техникуме, у нас была заведующая отделением Жукова Галина Михайловна. Так вот, ее неимоверными усилиями из 270 человек нашего курса 47 закончили техникум с красным дипломом…

– Ты был среди них?

– Да. Так вот, на выпускном вечере после вручения дипломов вызывали под аплодисменты директора, педагогов, завхоза… И когда назвали ее имя, весь зал встал и разразился овациями, которые длились 10 минут. Ты представляешь, что такое 10 минут оваций?! Она была вся в слезах. И как-то потом, спустя годы, призналась, что такой выпуск – наш выпуск – был у нее один. А в этом техникуме она проработала 40 лет. И вот за 40 лет – 10 минут оваций. Наверное, утешение родителей в чем-то сродни этому.

Беседовала Наталья Зырянова

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru