Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Зуб даю

№ 57, тема Чудо, рубрика Учись учиться

 

Если подумать, от каких людей мы чаще всего ждем чуда, на ум сразу приходят врачи. Но как к чудесам относятся они сами? Я решила поинтересоваться у тех, кто сейчас только готовится лечить людей, и направила письма в три медицинских вуза: Первый московский государственный медицинский университет имени И. М. Сеченова, Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н. И. Пирогова и Московский медико-стоматологический университет.

В первых двух ответили устно и одинаково: «Ректор отказал в интервью. Без объяснения причин». Нам, конечно, стало безумно интересно, какие скелеты прячутся в медицинских государственных университетах, если туда журналистов не пускают без объяснения причин? На наши вопросы ответили в «третьем меде». Журнал пригласили прямо в ГКБ 50, на базе которой проходят практические занятия.

На территории больницы свой особый дух, чувствуется строгость и сосредоточенность. Больные медленно прогуливаются по скверу, уверенно идут навещающие с сумками передач, оживленно снуют медицинские работники в белых халатах, у корпусов негромко беседуют студенты. А я беседую с ними.

Диана Ермолаева, 4 курс, стоматологический факультет

– Диана, что Вас привело на эту специальность?

– Мне с детства нравилась профессия врача. Моя тетя – гинеколог, она закончила этот же институт. И она меня всячески уговаривала продолжить ее дело. Но я посчитала, что стоматология – менее рискованная профессия. Тут невозможны случаи, когда пациенты по экстренной попадают и могут умереть на столе. Не бывает такого, что стоматолог должен ночью куда-то срочно ехать к пациенту… У моего рабочего дня есть график. Есть время на личную жизнь, что девушке особенно важно для создания семьи.

– Если у Вас что-то идет не так, не получается, Ваши действия?

– Чуть-чуть отвлеклись, выдохнули… И заново! Получиться должно в любом случае! Если ко мне пришел пациент, и у него что-то болит, значит, надо сделать так, чтобы у него ничего не болело. Но есть такие ситуации, когда цикл лечения растягивается на несколько посещений. Мой результат виден сразу, он достигается моими руками. В отличие от лечебного факультета, где основное лечение – медикаментозное.

– Есть ли место чуду в работе врача, или это сугубо прагматичная профессия?

– Чуду всегда есть место! Но прагматики тоже полно. У каждого индивидуальные особенности организма. И врач может предполагать, что будет хуже, что придется долго лечиться, а пациент быстро реабилитировался. И вот оно – чудо.

– Не всё зависит от врача?

– От врача многое зависит, но не всё. Очень многое зависит и от пациента: как он будет соблюдать рекомендации, как лечиться, как регулярно проводить диагностику.

– Если пациент не соблюдает Ваших предписаний, Вам не жаль своего времени, своего труда?

– Жаль. А что делать?

– Как Вы впервые дотронулись до настоящего пациента?

– Меня поставили в государственной клинике на первичный прием. Страшно. Надо распределять: кто-то с острой болью, у кого-то флюс огромный… Люди кричат, им больно.

– Как Вы преодолевали это?

– Нельзя показывать, что страшно. Ему страшно, мне страшно, и что дальше, в обморок падать?! Собираешься, и – давай делать!

Омарова Аминат, 5 курс, стоматологический факультет

– Всё идет из детства. После первого же посещения стоматолога я захотела стать стоматологом. Мне повезло с врачом, он был добрый дяденька. Я буквально влюбилась в стоматологов, мне было приятно возвращаться в поликлинику. Я просила: «Мама, отведи меня к доктору!». Не боялась никаких бормашин. Наверное, потому что получилось наладить контакт. И мне самой захотелось стать таким человеком! В моих глазах стоматолог – это человек-супергерой, ведь когда я шла к нему, я мучилась от боли, а уходила – никаких неприятных ощущений не было!

– Что Вы делаете, если что-то не получается?

– Мы еще студенты, только-только начали, но мы приходим на практику, или в клинику, где есть врачи с большим опытом. Они всегда помогают! Коллектив врачей – это взаимопомощь.

– Есть ли в профессии врача место чуду?

Нам на одной из лекций рассказали уникальный случай. Военные действия в Чечне, и у одного бойца оторвало голову. Она держалась буквально на артериях и нервах. Этого человека спасли! Была очень долгая и сложная операция. Скорость тут очень важна. Без оперативности, опыта, который нам дают в университете, и чуда – невозможно в таких ситуациях ничего сделать.

– Так от врача зависит жизнь пациента?

– Врачу доверяется жизнь человека, конечно, от него многое зависит, но не всё.

Недавно была такая ситуация: у моей бабушки ночью во сне начался приступ эпилепсии. Раньше никаких приступов у нее не было! Сначала я просто испугалась, но тут же вспомнила, что при подобных приступах человек может проглотить язык. Я положила ее на бок и через кусочек марли ухватилась за язык. И держала так, не отпускала, пока приступ не прошел. В экстренных ситуациях нужны знания, даже если никогда не было опыта, но то, что ты когда-то читал и учил, вспоминается, потому что это тебе сейчас нужно.

– Как Вы впервые дотронулись до пациента?

– В моем случае это было: «Наконец-то! Наконец-то!!!». Я же шла к этому несколько лет, хотелось применить свои знания, было ожидание хорошего результата. Всё-таки это был приятный момент!

– Где Вы планируете работать?

– И в частной, и в государственной клиниках. В государственной, потому что это стабильность и пенсия, и знания, конечно. Например, мы сейчас беседуем в 50-й больнице. Кому-то из студентов повезет, он сможет тут работать. Тут все преподаватели, профессора, врачи – можно будет в любой момент подойти, спросить. Тут и помощь, и поддержка. Наши учителя и после окончания университета будут нас вести. Нам один преподаватель сказал: вот вы сейчас невнимательно слушаете на лекции, а потом будете искать по всей больнице, на бумажку записывать каждое мое слово.

– А какие пациенты у Вас будут? Взрослые или дети?

– У меня несколько универсальная ситуация, потому что я хочу пойти в ортодонтию. Это работа и с детьми, и со взрослыми. Хотя и с теми, и с другими есть особенности работы. У детей это чистый страх, страх, что сделают больно. А у взрослых очень много вопросов: «Как то делается, как это? Что будет, что не будет, а зачем…» Но, на самом деле, с детьми работать безопаснее. Взрослые чаще оказываются больны, иногда – ВИЧ-инфицированы… А у врача всегда есть опасность заразиться.

 

Кокин Петр, стоматологическое отделение, 5 курс

– Почему Вы выбрали эту профессию?

– Во-первых, потому что родители в этой специальности; во-вторых, потому что мне нравится помогать людям. Я уже с третьего курса лечу, и мне приятно, когда я вижу эффект.

– А врачу важно видеть эффект?

– Да, конечно. И если эффект негативный, нужно приложить все усилия, чтобы его убрать.

– На что Вы ориентируетесь? Когда человек говорит: «Уже совсем ничего не болит», – и быстро ретируется, или когда Вы сами видите?

– Конечно, когда вижу результат! У нас материальная профессия, сразу видно, как ты моделируешь зуб. Видишь пациента, по глазам всё видно!

– А важно, что пациенту нравится, или нет?

– Конечно, важно! Даже если пациент не совсем в себе. Быть врачом – значит быть психологом.

– Если что-то не получается, Ваши действия?

– Надо найти человека более профессионального, который сможет помочь пациенту.

– Профессия врача сугубо прагматичная, или в ней есть место чуду?

– Мне кажется, чуду везде есть место. Но мы же не просто так, наобум лечим. Есть правила и законы. А не как народная медицина какая-нибудь.

– Каково трогать другого человека?

– Вторгаться в чужое пространство? Когда у тебя в руках бормашина, и она крутится 300 000 оборотов в минуту, конечно, страшно. Только и думаешь, как бы не задеть слизистую, как бы аккуратно сделать… Первому своему пациенту я только пломбу ставил часа три!

Сначала нужно установить контакт, пообщаться о чем-то отстраненном. Пациент будет расположен к тебе, и тогда с ним легче работать.

– Почему все боятся стоматологов?

– Я уверен, всё из детства идет! Когда мама приводит ребенка ко врачу, а он, такой здоровый дядя, ему говорит: «А ну открой рот!» А ребенок ревет, вырывается… Этот ужас останется на всю жизнь.

– Но ведь все плохие врачи были когда-то хорошими студентами?!

– Может, не его профессия просто?

 

Ксения Шилова, 5 курс, стоматологический факультет

– В моей семье к медицине имеет отношение только бабушка, нужна замена. И когда знакомым и близким в экстренных ситуациях некому помочь, может, они даже могут погибнуть, мои медицинские знания им пригодятся.

А именно стоматология так получилась… После 9-го класса я поступала в художественное училище, но не поступила. А школу закончила с медалью, и трудно было выявить какую-то конкретную сферу. Ну, я и решила, раз мне интересно что-то красивое создавать, то стоматология – как раз такая сфера.

У многих сейчас существует элементарная травма – они не могут улыбнуться из-за проблем с зубами. А здесь я могу подарить пациенту эту улыбку. Создать новый зуб, исправить кривизну…

– А как Вы относитесь к наклеиванию бриллиантов и страз на зубы?

– Конечно, если человек проглотит бриллиант – это не очень вредно. Но я лично считаю, что красота должна быть естественной. Я вижу себя консервативным стоматологом, максимально инвазивно – убирать кариес. А чтобы поставить такую стразу, нужно всё равно убирать эмаль, что вредит зубу в дальнейшем.

– Если у Вас что-то не получается, то что Вы делаете?

– Я начинаю озвучивать пациенту то, что делаю, успокаиваю, предупреждаю, что он может почувствовать в следующий момент.

А вообще, стоматология тем и хороша, что в медицину часто поступают люди по экстренным показаниям, в состоянии между жизнью и смертью, а к нам многие приходят для эстетики. Так что если что-то не получается, это уже восьмой пациент за день, можно переназначить на другой день, поставить временную пломбу.

– А на другой день получится?

– Должно!

– Жизнь пациента в руках врача?

– В первую очередь, она в его собственных руках. Потому что если человек имеет вредные привычки или ведет неправильный образ жизни, он и оказывается в кабинете доктора.

– Вы помните своего первого пациента?

– Да, это была женщина лет 60, и работа была с каналами. Очень страшно! На самом деле, было много знаний, которые хотелось применить на практике. Но когда ты в форме и маске, ты не воспринимаешь пациента как «ой, фу, грязно», а видишь только масштаб работы. И даже элементарный вопрос: «А как сесть, чтобы было удобно и мне, и ему?» Но как только я включила бормашинку проверить, идет ли вода, представила все последствия моих неправильных действий, страхи ушли. А я с остывшим рассудком взялась за дело.

– Где планируете работать?

– И там, и там, как мои коллеги. В частных клиниках сейчас полно молодых специалистов, которые сами нуждаются в советах. А в поликлиниках коллектив зрелый и опытный. И, конечно, хочу оказывать помощь тем, кто не может пользоваться платными услугами. Ну, и для женщин государственная поликлиника – это очень хорошее место, ведь нужно будет уходить в декрет, и можно потом вернуться.

Ушакова Екатерина, 4 курс, стоматологический факультет

– Что Вас сюда привело?

– Это семейное… У меня отец стоматолог, и мы формируем такую династию. И с детства нравилось делать что-то руками. И мне очень нравится профессия. Я ни разу не пожалела о том, что поступила на стоматологический факультет. И в стоматологической поликлинике я чувствую себя намного комфортнее, чем в больнице. Как всех девочек, меня, конечно, заносило. Но потом, уже в 10-м классе, когда встал вопрос, куда поступать, я решила, что пойду по папиным стопам.

– Если что-то не получается, что Вы делаете?

– Когда перед вами живой человек и какая-то экстренная ситуация… В стоматологии их может быть очень много. Это работа с аппаратурой, серьезными медикаментами, которые не должны попасть на слизистую пациента... Мы, бывает агрессивно работаем в тканях, и для этого нужен определенный опыт и поставленная рука. Если не получается, или что-то идет не так, или какая-то нестандартная реакция у пациента, нужно его успокоить и успокоиться самой. Сделать перерыв…

Обычно, если не получается, это не получается с пациентами подвижными, нервными. Их обычно видно сразу. Тут премедикация, премедикация, премедикация… Ново-пассит перед приемом за полчаса, и потом пациент спокойно лежит, и всё получается.

Мы всегда предупреждаем пациента: если он чувствует боль, мы ему добавим обезболивающее. Анестезия – залог нашей успешной работы, чтобы пациент не нервничал, не подпрыгивал в кресле. Дискомфорт возможен, ведь всё-таки в тканях работа, это всем неприятно. Но всё должно получиться.

Бывает такая ситуация. Человек приходит, ему предстоит какой-то вечер, выход в свет, мероприятие. Ему срочно нужен зуб. Вот прямо сегодня, сейчас нужен зуб. Мы предупреждаем: у нас лечение многоступенчатое, нельзя перескочить несколько этапов и дать человеку то, что он требует. Лечение иногда может занимать и неделю, и две!

– Есть ли в работе стоматолога место чуду?

– Врач надеется только на себя. Пациент может не прийти, забыть о приеме, заболеть… У стоматологов больше работы руками, а чудо происходит чаще у врачей других специальностей. И если ты неправильно что-то сделал, пропустил этап, попала слюна, ты некачественно поставил пломбу – она выпадет. И это не чудо, это результат твоей работы!

– Как Вы впервые дотронулись до пациента?

– Первые пациенты – это мои одногруппники, мы с первого курса друг на друге тренируемся.

Конечно, первый пациент – это страшно. И ведь одно дело, когда ты просто осматриваешь рот. И совсем другое, когда у человека абсцесс, флюс, ему рот даже больно открыть, и он после трех бессонных ночей приходит к тебе. Взглянув на него, сразу можно понять – ему страшно. И если еще и тебе будет страшно… Страшно начинать лечение. Больше всего пациент боится укола. Это неприятно. Препарировать, сверлить – чисто психологические все аспекты. Работаем в области опасной, когда человек может вдохнуть мелкий предмет или концентрированную жидкость… А мы работаем со спиртом, перекисью, солями хлорных кислот. Мы можем и потерять человека в кресле.

– Где планируете работать?

– Однозначно – частная клиника. В государственной я не вижу перспектив, причем, финансы меня как таковые не интересуют. Просто не хочу становиться на поток. А в частной клинике всегда лучшие условия: более гибкий график, не такая высокая занятость, более комфортные условия работы, больший выбор медикаментов, инструментов, шире выбор средств лечения, выше общий уровень.

– Но ведь частная клиника – это постоянная конкуренция.

– Безусловно. Надо поддерживать свою репутацию. Самосовершенствование постоянное! Проходить всевозможные курсы повышения квалификации – это очень важно для врача. Потому что технологии шагают вперед. Приходится всегда быть в теме.

Мне удалось перехватить для беседы заведующего кафедрой клинической фармакологии, фармакотерапии и скорой медицинской помощи МГМСУ Аркадия Львовичя Верткина, профессора, доктора медицинских наук.

– Почему Вы выбрали профессию врача?

– Чтобы стать врачом, есть несколько путей. В моей семье сложилась целая династия, потомственные врачи по всем линиям – и мама с папой, и бабушка с дедушкой. Когда я был маленьким, мы жили в Кисловодске, на территории курортной больницы. В одном корпусе – больные, в соседнем – мы. Я с малолетства видел, как мама по 24 часа, практически круглосуточно опекала пациентов. Нас окружали больные. И лет примерно в пять я решил тоже стать врачом.

Но, возможно, Вас интересует более сложный вопрос: «Что нужно, чтобы быть хорошим врачом?» Я отвечу:

Нужно родиться в хорошей семье. Получить воспитание, широкий кругозор. Ни у одного великого врача не было малограмотных родителей, все они были образованные люди.

Получить образование. Нужно иметь учителей. Мне повезло, у меня были легендарные преподаватели!

Я считаю, что преподаватель должен обладать креативностью и уметь дать правильные ассоциации. Например, есть такой термин «провал», мы его используем при проведении ЭКГ. Второе значение этого слова мы можем встретить у Ильи Ильфа и Евгения Петрова: Провал у подножия Машука в Пятигорске.

«Остап сразу же выяснил, что Провал для человека, лишенного предрассудков, может явиться доходной статьей.

Удивительное дело, — размышлял Остап, — как город не догадался до сих пор брать гривенники за вход в Провал. Это, кажется, единственное, куда пятигорцы пускают туристов без денег. Я уничтожу это позорное пятно на репутации города, я исправлю досадное упущение».

После такого рассказа студент термин не забудет никогда!

Невозможно читать лекции так, чтобы народ спал или уходил. Все наши лекции – это спектакли.

Нужно иметь доброе сердце.

Если всё это сочетается, можно вырастить хорошего врача!

– А что у врача главное: голова, или руки?

– Руки врача специально не тренируют. Главное – голова, без нее руки не будут работать. Хотите зарисовку на эту тему?

В истории великой русской медицины было два врача: фантастический Александр Леонидович Мясников и блистательный Максим Петрович Кончаловский. Про них говорили так: если вы хотите показать профессора больному, то обратитесь к Мясникову, а если хотите больного – профессору, то к Кончаловскому.

Пожелание всем молодым врачам – чтобы и себя показать, и больных посмотреть так, как это делали Профессора.

– Есть ли в медицине место чуду, или профессия врача сугубо прагматична?

– В медицине есть такое выражение, его все знают: «чудес не бывает». Везение, спокойствие и помощь больных, вера во врача – все эти факторы могут иметь значение, но без профессионализма доктора они бесполезны.

– Что Вы делаете, если встречаете трудности, если что-то не получается?

– Это самый главный вопрос, которому мало учат. Одно из самых крутых качеств – понять, когда надо звать на помощь. Понять, что ты сам не справляешься. Как ни странно, это признак настоящего профессионализма!

– Ваши студенты так и отвечали: «Позову более опытного».

– Главное, чтобы они на практике так сделали!

– А читателям дадите какой-нибудь совет?

– Мне бы хотелось предупредить о том, чтобы люди не занимались самолечением. Сейчас везде реклама биологических добавок. С экранов телевизоров, в газетах, почтовых ящиках… Больные в них верят, ведь это просто: не надо наблюдаться, проходить анализы и обследования. Пожалуйста, обращайтесь ко врачу!

Александрина Маланина

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru