Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Кто победил?

№ 33, тема Терпение, рубрика Образ жизни

 

Вот вопрос: бывают ли вообще личные победы? Точнее, бывают ли единоличные? Ведь после пристального рассмотрения твои, пусть даже маленькие, победы оказываются вроде как и не только твоими, а то и вовсе чужими…

Вот я, к примеру, закончила школу с золотым аттестатом, поступила в институт. Может, кто-нибудь и скажет: «Вот она, твоя победа». Но я бы не училась так хорошо, если бы моя мама не научила меня читать с четырех лет. И уж точно я бы не отдавала так много времени занятиям, если бы не множество детских болезней, которые не давали мне возможности постоянно гулять во дворе, как это делали остальные ребята. Так что учеба для меня была одновременно и тюрьмой, и одним из главных развлечений, и даже наркотиком. А институт, в который я поступила, – платный. Так что это уже заслуга родителей, которые оплачивали мое обучение на первых курсах, пока я не устроилась на работу. А моя заслуга лишь в том, что я просто училась и не делала ничего такого, за что бы меня могли выгнать…

Но даже если все не так. Даже если человек добился всего сам (в спорте, в жизни –  неважно), все равно ему в определенный момент приходили на помощь совершенно чужие люди. А когда уже не от кого ждать помощи, на помощь иногда приходит чудо.
Чудо произошло в моей жизни не так уж давно, в юбилейный двадцатый год жизни. С тех пор я уверена, что именно тогда случилась моя главная победа. Ведь сложней всего победить себя, свой страх, свои мысли…
Случилось так, что я заболела. И не просто, а тем, что люди обычно считают приговором,  – психической болезнью. Невозможно описать все ощущения психоза: дикий, нечеловеческий, порой беспричинный страх, бредовые идеи, небольшие галлюцинации, а потом и вовсе неадекватное поведение. Это все равно не поддастся описанию.
В общем, больше двух месяцев проходить с таким счастьем на свободе мне не удалось. И меня сдали в психбольницу. Бедная моя мама, как она переживала, когда санитары уводили меня из приемного в отделение! Но мне тогда было уже все равно, я даже не оглянулась в ее сторону… Я на тот момент уже не могла нормально думать…

Тогда я не понимала, что чем-то болею. Не знала названий разных диагнозов и таблеток. Я не знала, что само по себе наличие психиатрического диагноза еще далеко не приговор, что определенный процент людей после первого психоза полностью выздоравливает, а остальные периодически продолжают попадать в больницу, но в промежутках между психозами многие из них – нормальные люди с работой и семьей.

В общем, больница распахнула для меня свои объятья. Не буду особо описывать внешний и внутренний вид этого заведения (благо, хоть какой-то минимальный ремонт там делался, поэтому грех жаловаться, бывает и хуже). Это не главное, да и все равно мне тогда было наплевать на внешнюю обстановку. Еще в приемном отобрали крестик, потому что тот был на серебряной цепочке, а ценные вещи не положены. Я была тогда – ну как бы это поправдивей сказать – временами верующей. Но в тот момент я подумала, что крестик мне уже больше не понадобится… Мне настолько было плохо, что я уже не решалась и не желала молиться…
Началась череда уколов, таблеток, обедов, передачек, посещений и всевозможных анализов… Поначалу все мысли были о побеге и самоубийстве. Первые пять дней не разрешалось свободно выходить из палаты даже в коридор, можно было только в столовую и в туалет, и теперь я понимаю, как ужасно чувствуют себя в клетке звери. После из наблюдательной палаты перевели в обычную, и жизнь стала постепенно налаживаться. Ходили с новой знакомой по узкому коридору без окон и пели песни –  грустные, военные – мне никакие другие тогда в голову не приходили. «Темная ночь» – моя любимая…
Через две недели вместе с другими больными стали выпускать на улицу на десять минут на крылечко в больничном дворе. И это было счастьем! Люди часто не понимают смысла слова «свобода», а я тогда знала: вот она, эта свобода!

Конечно, было очень тяжело. Жизнь казалась перечеркнутой. Если я и до этого считала, что мне не особо везет, то в тот момент все выглядело началом конца. Раньше я была отличницей: золотой аттестат, красный диплом. И была хоть какая-то надежда, что жизнь наладится. «А что теперь?» – думала я. Ведь были моменты, когда я даже свой возраст и имя с трудом вспоминала. По крайней мере, запомнить имя другого человека было для меня уже невозможным. Мрак…
Постепенно становилось немного лучше. Память восстановилась, но бред и депрессия упорно не уходили. Мне очень помогли другие больные из нашего отделения. Они поддерживали меня, кто-то из них был практически нормален (например, в депрессии или после попытки суицида), остальные были немножко или сильно не в себе. Но все эти люди меня поддержали в столь жуткую минуту и не дали сойти с ума окончательно. Почти все пациенты были верующими! Я восхищалась их силой духа и христианским смирением, а ведь многие пробыли в больнице долгое время, месяцы и даже годы…

Конечно, хватало и ночных криков и всяких скандалов, происшествий: на то и дурдом. Но главное, что нашлись люди, которым я была небезразлична. Люди, которые утешали меня, объясняли, что все лечится, что жизнь не кончается. Но я их почти не слушала, ведь я не считала, что больна… Они просто поразили меня своей верой, почти у каждого были какие-то маленькие иконки, церковные книги.
В столовой стоял большой телевизор, но мне было тяжело его смотреть. Была даже полка с книгами. Во многих были вырваны страницы, но одну книгу, с рассказами Чехова, я все-таки прочла.
Тогда я была слабой и просто изводила всех окружающих своими жалобами (это тоже было одним из проявлений болезни). Мама принесла мне крестик и молитвослов, я старалась иногда читать молитвы, иногда соседи по палате пытались заставить меня это делать. Но веры во мне уже не было.
И вот в одну, запомнившуюся мне на всю жизнь, ночь мне стало совсем страшно; ситуация и так мягко говоря была не очень, так еще и больное воображение рисовало такие картины, что не оставалось сомнений в том, что это конец... На днях мне стало еще хуже, на выздоровление не было и намека (уже и врачи, и медсестры заметили это и запретили мне выходить на улицу). А я так вообще была уверена, что меня уже никогда не выпишут. Это было жуткое чувство отчаяния. Потом я почему-то подумала, что не выдержу и просто умру. И в том момент я поняла, как прекрасна жизнь. Я ходила по больничному коридору и просто ловила кайф от всего: от того, что пока еще могу ходить; от того, что в окно сквозь решетки можно разглядеть молодые деревья; от душа, в который меня загнали силой… А ведь редко кто задумывается, как прекрасна вода, как приятно осязать в руке разные предметы.
В общем, распрощавшись днем со всем этим миром, я уже не могла заснуть ночью. Взяла молитвослов, ходила всю ночь по коридору (чтобы не мешать соседям по палате) и молилась. Действительно, по-настоящему молилась. В основном уже не за себя, а за родителей, за пациентов клиники, за врачей… Меня никто не прогонял: санитарки уже мирно храпели на кушетке прямо в коридоре. Смелые люди, надо сказать. В общем, ночь было очень долгой.
И наутро случилось то, что для меня стало чудом. Утром я почувствовала, что все как-то изменилось, но еще не понимала, что случилось. После был очередной обход, на котором врач задала дежурный, ничего не значащий вопрос: «Как дела?». И когда я ответила, что полегчало, врач вдруг сказала, что это хорошо и пора меня выписывать! Какое это было счастье! Я минуту стояла, боясь пошевелиться… Еще день я ходила и переваривала последние месяцы своей жизни, тогда и поняла, что действительно была больна, и довольно сильно. Но радость уже ничто не могло омрачить. В общем, я полностью вышла из психоза.
И в тот момент я почувствовала, что это и была настоящая победа в моей жизни. Чья и над кем – не знаю… Знаю лишь одно: она действительно была, та победа, о которой я всю жизнь мечтала.
Последняя неделя в больнице пролетела достаточно быстро: общалась-прощалась со своими новыми друзьями. Раньше я думала, что можно дружить только с людьми твоего возраста, а там моими друзьями стали и ровесники (которых, к сожалению, там было немало) и взрослые женщины, и даже бабушки.
Помню день моей выписки. Старшая медсестра вернула мне паспорт! Вспомнились стихи Маяковского: «Читайте и завидуйте – я человек!» Это было счастьем. После я ходила в группу поддержки бывших пациентов, приносила передачки друзьям.
Ну вот, как-то так оно и было… Слышала фразу: «Если Бог хочет наказать человека, то он отбирает у него разум». И это действительно страшно, когда в один миг теряешь себя. Но мне все-таки кажется, что Бог меня наградил. Да-да, именно наградил: этой болезнью, этим выздоровлением, этим бесценным для меня опытом. Большинству больных после приступа становится хуже, чем было до него. А мне, наоборот, стало легче: прошли все мои навязчивые страхи, обиды из детства, неуверенность в себе, в общем все то, что всегда отравляло жизнь. Я только сейчас смогла полюбить себя! А главное – прошел страх перед будущим.
Теперь я понимаю, насколько непредсказуема наша судьба. Ведь все в один миг рушится, но так же в один миг все может наладиться. Будущего нельзя бояться, надо в него верить, верить в себя, и, конечно же, в Божью помощь. И тогда не будет страшно.
Скоро мне будет двадцать один год, чувствую себя прекрасно, учусь и работаю. Даже стихи начала писать, еще хотелось бы научиться рисовать и танцевать… Очень надеюсь, что и дальше все будет нормально. Никто из моих знакомых не знает о том, что я лечилась, да по мне и не видно этого. Разумеется, существуют пока ограничения: нельзя водить машину, не выдадут лицензию на оружие, нельзя работать в милиции и спецслужбах (но мне все это не особо и нужно).
Конечно, я понимаю, что важную роль в моем выздоровлении играли лекарства. Но все-таки, они – не главное. Меня поддержали совершенно чужие мне люди, мне объяснили, что заболеть может любой, что многие великие люди (композиторы, писатели, актеры всех времен) страдали различными психическими расстройствами. Я благодарна и тем медсестрам и санитаркам, которые поддержали моих родителей. И даже тем из них, которые кричали на меня, и, казалось бы, терпеть не могли  – это тоже в определенный момент возвращало к жизни. И если бы не Божья помощь, не вера… Страшно представить, как все могло бы получиться…
Считаю ли я себя сильным человеком, победителем? Нет, не считаю… Ведь сначала я действительно сломалась… И сейчас у меня хватает проблем, с которыми подчас не решаюсь справиться. Но я стараюсь, честно стараюсь. Стараюсь не забывать то, что было год назад, стараюсь не терять себя, становиться сильнее. Стала ходить в церковь каждую неделю, пытаюсь молиться каждый день (но не всегда получается – забываю), так и не решилась до сих пор сходить на исповедь…
Но главное то, что я теперь знаю цену счастью. Умею ценить радость и горе.
До болезни мне хотелось поменять свою судьбу на другую, прожить чужую жизнь. А теперь – не хочу. Конечно, понимаю, что если бы мой папа не пил, а мама не болела бы так сильно, когда я была маленькой, если бы у меня была идеальная и счастливая семья, то моя жизнь сложилась бы по-другому. Возможно, более удачно: у меня уже могла быть своя семья, дети, и в психбольницу я вряд ли попала бы… Но тогда бы у меня не было этого опыта. И я не хочу другой жизни! Впервые за двадцать лет я могу сказать: «Я счастлива», – несмотря на то, что мой папа уже четыре года как инвалид, на то, что у меня вряд ли будут муж и дети (хотя я все равно надеюсь и мечтаю) и вряд ли я когда-нибудь буду зарабатывать миллионы. Я благодарна судьбе за все, что было и чего не было. Благодарна еще и за то, что не выпало мне испытаний, которые я не смогла бы преодолеть.

Я хочу пожелать всем, кто празднует свои победы, маленькие или большие: не забудьте о тех людях, которые помогали вам на вашем пути. Благодарите их: своих друзей, чужих людей – за нежданную помощь, и даже своих врагов, ведь они часто заставляют нас становиться сильнее.
И конечно же, благодарите Бога за жизнь. Ведь если мы еще живы, значит, мы уже в какой-то мере победители.

Рисунки Ирины КРИВЕНКОВОЙ

alisa.sckazka@yandex.ru

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru