Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Тускнеет ли блеск золотого тельца?

№ 53, тема Мощь, рубрика Умные люди

 

В голове у многих из нас есть образ монолитного капиталистического Запада с Америкой во главе, который живет хорошо. Причем этот капиталистический Запад всячески нам пакостит, поэтому мы в России живем плохо. Правда, каким образом пакостит и зачем он это делает, массовому сознанию абсолютно непонятно. Как непонятно и то, что, собственно, капиталистический Запад собой представляет.

О мировых финансовых элитах, их желаниях и планах рассказывает Михаил Хазин, российский экономист, публицист, руководитель компании экспертного консультирования «НЕОКОН».

 

«В чем сила, брат?»

Для начала несколько слов о «невидимой руке рынка». На эту тему накопилось уже столько шуток, что Штирлиц и Василий Иванович нервно курят в сторонке.

Прежде всего, посмотрим на классический свободный рынок. У нас есть место, где стоит много лотков, куда селяне и селянки носят продукты своего труда (огурцы, помидоры, картошку и так далее). При этом жизнь в этом месте идиллическая, рэкетиров и прочих чиновников нет – так что цены устанавливаются стихийным образом. Это будут единые цены, которые учитывают разные обстоятельства (небольшую разницу в качестве продукции, желание тех или иных продавцов побыстрее продать остатки и уйти с рынка и так далее). Это и есть «невидимая рука» рынка.

А вот теперь представим себе, что уровень разделения труда вырос. Тогда появляются принципиально новые проблемы, поскольку покупатели являются не конечными, а промежуточными. То есть при расчете цены продавцы должны учитывать не только свои собственные соображения, но и соображения тех покупателей, которым они будут продавать свою продукцию, в которую включена в качестве составной части рибыль, заложенная предыдущими продавцами. Тут у «невидимой руки рынка» появляется еще одно поле деятельности.

Дело в том, что когда на конечном рынке продается то или иное изделие (или услуга), то полученные в результате деньги делятся между всеми участниками производственной цепочки. И возникает вопрос: а как они делятся? Так вот, при прочих равных условиях «невидимая рука рынка» должна сделать так, чтобы прибыль в каждом производственном звене была примерно одинакова.

Однако такая идиллическая картина держится только до тех пор, пока мы не учитываем некоторые другие факторы.

А именно – участие финансового сектора. За конечный продукт платят сильно после того, как комплектующие прошли по всей цепочке промежуточных рынков. Поскольку реальный производитель долго ждать не может – кто-то должен ему платить. Обычно это банк, у которого берет кредит или производитель, или покупатель. А банк при определении стоимости исходит из своих собственных интересов. Например, если банк много кредитовал какого-то производителя, то он заинтересован в том, чтобы покупатели того товара, который этот производитель продает, не испытывали проблем с деньгами. И, наоборот, чтобы конкуренты этого производителя испытывали сложности.

Но следствием такой ситуации является существенное повышение зависимости всей производственной системы от различного рода финансовых и экономических пертурбаций. Если вдруг стоимость кредита начинает расти (в связи с чисто внешними для производственной системы факторами), если вдруг падает конечный спрос, – из системы начинают вываливаться самые слабые звенья, получающие минимальную прибыль.

При этом рассчитывать на сознательность тех, кто на протяжении многих лет получал «несправедливую» (с точки зрения равномерного распределения) прибыль, достаточно наивно. Не говоря уже о том, что подчас они ничего и не могут изменить, поскольку связаны довольно жесткими обязательствами с лицами и структурами, находящимися вне производственной системы.

 

Закат Запада

Я уже неоднократно говорил о том, что «западный» глобальный проект переживает тяжелые времена. «Пряников сладких» опять на всех не хватает, и теперь количество «пряникополучателей» должно сократиться не на жалкие 5–10%, а, скорее всего, в разы. Это, естественно, создает серьезные проблемы – поскольку эти самые «получатели» совершенно не собираются добровольно урезать свои интересы. А это, в свою очередь, означает, что ранее единая элита «западного» проекта непременно должна начать делиться на крупные кланы, резать себя, так сказать, по живому.

Соответственно, каждый из таких крупных кланов должен определиться, какой у него должен быть главный источник дохода. Их, в общем, на сегодня есть три. Это производство реального товара (включая нефть), эмиссия и, наконец, контроль над обменными операциями.

Соответственно, единая до того финансовая элита явно должна делиться на группы: одна должна сплачиваться вокруг печатного станка, другая – создавать независимую от этого станка инфраструктуру всемирных «менял». Группу «промышленников» чаще всего называют «рокфеллерами», а «менял» – «ротшильдами». Я не смог найти в конспирологической литературе однозначного названия тех, кто контролирует печатный станок в США, это удовольствие приписывают то одним, то другим.

Я бы сказал, что удовольствие было взаимным, однако по мере того как денежная эмиссия стала доминирующим способом получения прибыли, вокруг ФРС стала формироваться собственная группировка, созданная на базе американской бюрократии, чиновников крупнейших банков и некоторых других финансовых структур. И между ними и «старыми» финансистами неминуемо должен был начаться конфликт, который и подчеркнул бы линию водораздела. Он и произошел – в связи с попытками «старых» финансистов повторить фокус начала ХХ века с созданием ФРС и создать на базе МВФ «центробанк центробанков».

Идея была вовсе не глупая – хотя вопрос о ее эффективности отдельный, уж точно не на 100 лет бы ее хватило, но история со Стросс-Каном закрыла ее наглухо – поскольку в качестве составной части она предусматривала запрет всем центробанкам (включая ФРС) на самостоятельную эмиссию. Но в этот момент стало окончательно ясно, что тем, кто сделал ставку на политику «менял», то есть, по большому счету, на замену долларовой финансовой системы на систему «валютных зон», не по пути с теми, для кого главным источником дохода является эмиссия доллара.

Кстати, раскол единого фронта финансистов на «процентщиков» и «менял» поставил вопрос о том, а с кем будут «промышленники». Как показал опыт, «промышленники» склонны искать успеха на рынках международных, а не внутренних американских, зависимых от эмиссии доллара. Что, кстати, хорошо показывает, как сами лидеры американской экономики оценивают свои внутренние перспективы.

 

Бой продолжается

Схватка между финансовыми элитами идет по многим направлениям, но самая главная борьба – за пост руководителя ФРС. Дело в том, что у «проценщиков» всё время было три основных источника дохода: это безналоговые транзакции капитала в регионы с максимальной ставкой процента (через внутренние проводки транснациональных финансовых структур), контроль над безналоговыми регионами («офшорами») и эмиссия ФРС (в меньшей степени – других контролируемых ими центробанков). И по всем этим трем направлениям были в последние годы нанесены жесткие удары.

В частности, ужесточили налоговое законодательство (налоги теперь почти везде нужно платить по месту получения прибыли), ужесточили контроль над офшорами, и администрация президента США взяла под контроль ФРС. Последнее удалось без кадровых революций – после «дела Стросс-Кана» все чиновники ФРС осознали, что «неправильное» поведение чревато знакомством с излишне бойкими горничными.

Для «процентщиков» начались «черные» дни, поскольку сама по себе инфраструктура их банков и других финансовых институтов убыточна – слишком много там сжирают зарплаты и демонстрация своей «крутизны». И поскольку понятно, что в условиях долгового кризиса сокращение налогов уже не вернешь, вопрос встал о возврате контроля над ФРС. Довольно быстро был выбран кандидат от «процентщиков» на этот пост – Ларри Саммерс, бывший заместитель, а потом секретарь Казначейства США (министр финансов) при Клинтоне, координатор российской приватизации (немало погревший на этом руки), человек крайне спорной репутации и однозначных взглядов.

После «дела Стросс-Кана» прямо встал вопрос, кто за счет кого спасается, «процентщики» за счет США или США за счет «процентщиков». Но как в такой ситуации протащить своего человека на пост руководителя ФРС, да еще и прикрыть его в Белом доме так, чтобы его не ждала судьба Стросс-Кана?

И тут сам Саммерс снимает свою кандидатуру с конкурса... Подготовить нового кандидата такого же масштаба (и такой же смелости, чтобы не сказать отмороженности) «процентщикам» будет трудно, чтобы не сказать невозможно. А значит, они пропустили критический для себя удар. Так что вопрос о сохранении мировой финансовой системы, основанной на долларе, встает, что называется, в полный рост.

Может быть, Саммерсу предъявили какую-то «историю с горничной» (например, доказанный случай получения доли от приватизации чего-то в России), может быть, просто напугали. В любом случае, «добровольный» отказ Саммерса (кавычки стоят потому, что все, кто его видел, говорят о том, что он невероятно тщеславный человек, который по доброй воле от высокого поста не откажется) говорит о том, что на него оказали очень сильное давление.

 

Шансы России

Ну и в заключение, почему это всё невероятно важно для нас.

Дело в том, что вся российская элита, сформировавшаяся в 1990–2000-е годы, была ориентирована на единый тогда «Фининтерн». А вот после «дела Стросс-Кана» произошло принципиальное разделение: те, кого условно можно назвать «Семьей» и «либералами», продолжили свою связь с «Фининтерном», а «силовики» и «патриоты» переключились на «менял». Cерьезный удар по Фининтерну в истории с Саммерсом дает веские основания считать, что и его агентам в России в ближайшее время придется тяжко. Что дает нам шансы избавиться, наконец, от неоколониальной зависимости от международных финансовых структур.

Пока что Россия заигрывает с Западом, повинуясь эмоциональному настрою своей элиты, выросшей в комплексе гипнотического восторга перед блеском Елисейских полей, Пикадилли и Манхэттена. Но в западном проекте – в любом его варианте – России нет.

Но если есть раскол, – на нем можно играть. Как – это вопрос отдельный.

 

Изложено по материалам сайта worldcrisis.ru

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru