Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

«За время войны в стране выросла рождаемость»: война в Сирии женскими глазами

№ 53, тема Мощь, рубрика Тема номера

 

Уже третий год не умолкают выстрелы в Сирии. Всё это время на нас обрушивается вал противоречивой, а порой и заведомо ложной информации. Не так много людей сейчас могут рассказать об увиденном изнутри. О подлинной жизни современного сирийского общества мы говорим с художницей-иконописцем, автором сотен уникальных хоругвей, руководителем художественной мастерской российско-сирийского фонда «Духовное наследие Апостола Павла» Татьяной Ивановной Куликовой по итогам поездки делегации фонда в Дамаск 17–24 августа сего года.

Татьяна Ивановна, Вы уже не первый раз посещаете Сирию в составе делегации Фонда. Расскажите, как прошла нынешняя поездка.

Она была полна необыкновенных встреч. Мы прибыли по приглашению организации женщин Сирии, которую возглавляет супруга Башара Асада. Поэтому нас принимали на самом высоком уровне, несмотря на то, что мы представляли очень маленькую общественную организацию. Всего за неделю было 24 официальные встречи, не считая встреч с простыми людьми везде и всюду. Асма аль-Асад принимала нас лично, и хотя по протоколу нам было выделено 40 минут, провела с нами почти два часа, вышла провожать до машины – не хотела нас отпускать. Познакомила нас со старшим сыном, который изучает русский язык.

Приняли нас и председатель парламента, председатель правящей партии БААС, министры информации, иностранных дел, социального обеспечения – везде очень тепло и с большим почетом. Была очень интересная встреча почти на целый день с руководителями женских организаций Сирии. Они очень разнообразны: и различные профсоюзы, и женская рабочая партия. Министр культуры не смогла нас принять из-за проблем со здоровьем, но по ее просьбе для нас приехала из другого города и выступила фольклорная группа: специально ради нас открыли театр и провели замечательный концерт народной музыки. Нас принял Патриарх Иоанн X, а верховный муфтий – трижды, сначала в кабинете, а потом у себя дома. Его внуки – человек двенадцать – подготовили для нас концерт патриотических песен. В мечети люди окружили нашего батюшку (настоятеля храма Александра Невского в Пскове протоиерея Олега Теора) плотным кольцом, все хотели прикоснуться, подносили детей, очень долго не отпускали. А поскольку батюшка окормляет псковских десантников, нас повезли в воинскую часть, на базу подготовки спецназа. Там получился стихийный митинг. После выступления генерал, начальник высшей десантной школы Сирии, достал свои боевые ордена и все отдал батюшке, поклонился и сказал: «Будьте и нашим духовным отцом». И это всё мусульмане.

Пресса была с нами с утра и до вечера. Поздно вечером в отеле включаешь телевизор и видишь только нашу делегацию. Нашего батюшку полюбила вся Сирия. Узнавали нас везде и всюду, даже на блокпостах. Нам дали три машины из президентского гаража, их номера всем известны. Но меры безопасности не снижали, дважды проверяли нас по полной программе, с зеркалами, хотя при этом у всех постовых мы встречали очень внимательные и только доброжелательные глаза.

 

Как население Сирии реагирует на тяготы войны?

Сирийский народ очень сплочен. Мы от них буквально заряжались победной энергией. Нет ни уныния, ни озлобленности от того, что уже два с лишним года страна находится в хаосе. Во всём чувствуется любовь и великая вера, понимание, что на всё воля Божия, а все неприятности упоминаются с улыбкой. В Дамаске постоянно откуда-то слышна канонада, и при этом никто не вздрагивает, дети спокойно сами гуляют по улице, чего не скажешь о сегодняшней мирной Москве.

Мы посещали военный госпиталь. Солдаты – в основном мусульмане. Но с какой любовью они брали иконы и пояса с молитвой. Их разобрали так быстро, что многим желающим не хватило, хотя мы брали с собой триста штук. Сначала нас провели в палаты, где лежат недавно поступившие раненые. Нам показалось, что причина их бодрого духа в том, что они только попали сюда из боя. Пусть и все перевязанные, но сразу чувствуется, что настоящие воины. А потом нам показали палаты, где уже подолгу лежат тяжелораненые больные. Особенно запомнился солдат, потерявший ногу. За ним ухаживали его пожилые родители. Они нам рассказали, что в бою погиб их первый сын. И при этом мать сказала, что если бы у них был третий сын, она бы также отдала его Родине. Было тяжело это слушать, поскольку мы сами с некоторых пор очень изменились.

Посетили мы и лагерь беженцев в Дамаске – из захваченных городков правительство организует вывоз населения и только после этого начинает военные операции. Там ведется большая работа с детьми: с ними занимаются самые разные специалисты, здесь же устроена школа. В подвале занимаемого ими здания создан потрясающей красоты музей старинного быта. А какой они нам показали спектакль! У одного человека погибла семья, но уцелел дом, в котором он принимает людей, оставшихся без крова. И дом уже полон, когда приходит еще одна женщина и просит принять ее семью. Хозяин сетует, что самому только на кулаке спать, но пускает и ее. И когда она приводит всех своих детей, среди них человек узнает своего сына, спасенного этой женщиной.

Были мы и в приюте для сирот военнослужащих, основанном еще в шестидесятые годы прошлого века отцом Башара Асада. Сейчас он, к сожалению, пригодился снова.

Расскажите, пожалуйста, чем занимается фонд.

Духовная связь России и Сирии очень глубока. Традиции помощи этой земле первых христиан были заложены еще российскими императорами. В 1965 году Сирию посещал Патриарх Алексий I. Несмотря на то, что тогда Русская Церковь переживала сложные времена, он дал средства на часовню в поселении Каукаб – месте явления Господа Христа Савлу – будущему Апостолу Павлу, и заложил там культурный центр. Впоследствии Патриарх Антиохийский Игнатий IV и Патриарх Алексий II на встрече в Москве договорились, что должна быть создана общественная организация, которая сможет работать свободно от церковных структур и делать полезные дела для Антиохийской и Русской Православных Церквей. Так и получилось. Почетным руководителем фонда стал знаменитый генерал Валентин Иванович Варенников (1923-2009), которого очень почитали в Сирии, особенно те военачальники, кто учился в России. Фонд небольшой, и сил и материальных возможностей мало, но еще в довоенное время, особо не афишируя, удалось многое сделать. В Сирии его хорошо знают.

Прежде всего фонд завершил строительство монастыря в Каукабе. Удалось выкупить эту землю для Антиохийской Православной Церкви, поставить там памятник апостолу Павлу и организовать вокруг храма культурный центр. Вся Сирия знает, что это «Земля апостола Павла». И когда Варенников приезжал на открытие этого комплекса, там собралось столько людей, что невозможно было проехать. В результате машину с генералом Варенниковым люди несли на руках, притом что большинство пришедших были мусульмане. Он был поражен.

Есть в Сирии гора Шерувим – «Ангельская гора», очень высокая, с которой видны пять стран. Бывает, там до лета лежит снег. На ней также множество пещер первых христиан. Там скрывались и молились во времена гонений. Очень намоленное место. Но туда не было даже дороги. Силами фонда удалось отреставрировать старинный храм Архистратига Михаила и оборудовать паломнический центр. Когда Башар Асад узнал об этом, правительство Сирии выделило средства: туда провели дорогу, электричество, коммуникации. Очень значимо, когда правительство поддерживает подобные начинания. Поэтому с тех времен у фонда с президентом Сирии самые теплые отношения. Надо сказать, что даже сейчас, несмотря на войну, все культовые учреждения, в том числе православные, освобождены от платежей за электричество, воду и т. п. – это берет на себя правительство. И даже сейчас уже выделяются средства на восстановление порушенных святынь.

Как давно Вы сотрудничаете с фондом, сколько раз довелось побывать в Сирии?

Дважды я приезжала в мирное время и дважды уже в войну: в феврале на интронизацию Патриарха Иоанна X и сейчас в составе несколько необычной, женской делегации. Поездка готовилась очень давно, но, безусловно, непросто было собраться в столь страшное время. К счастью, у нас подобрались очень смелые женщины во главе с президентом фонда Валентиной Алексеевной Ланцевой. Мы все очень полюбили Сирию. Сирия – страна совершенно особенная. Я поначалу не понимала: вроде бы приезжаешь в арабскую страну, но именно там понимаешь , насколько мы повреждены, если вглядеться в себя. Мы за последние годы привыкли относиться к представителю другой национальности в лучшем случае настороженно. А там царит подлинная любовь, полное равновесие в обществе. Это видно по лицам, разговору, поступкам. Причем это касается не только национальных, религиозных, но и социальных различий. Даже дворник в Дамаске рад, что помогает людям. Нет раздражения, зависти, хотя встречаются и бедные, и богатые. На улице можно встретить женщину как в хиджабе, так и одетую по-европейски . И ни на кого не указывают пальцем: уважают традиции, как у кого принято в семье, тот так и живет. Это и есть подлинная терпимость, основанная на любви и уважении друг к другу. Как им удалось достичь этого и сохранить, несмотря на войну?

Расскажите подробнее о сегодняшних христианах в Сирии.

Христианам и вообще любым верующим выражается совершенно необыкновенное почтение. Меня это просто поразило. И второй раз я уже с нетерпением ждала поездки. В ноябре 2010 года мне довелось пожить в монастыре Святой Феклы, вокруг которого в свое время и возник город Маалюля, почти полностью христианский. Рядом располагается монастырь Сергия и Вакха IV в., в самом городе пять христианских храмов и, если не ошибаюсь, только две мечети. Я приехала раньше всей делегации, чтобы попробовать с монахинями и со старшими воспитанницами приюта сшить хоругви. И совершенно непостижимым образом за неделю с небольшим мы сшили 23 хоругви. При том, что я была без переводчика. Шили все с таким восторгом и радостью! Сирийский народ очень расположен к рукоделию, творчеству, мне было с ними легко. Везде чувствовалась любовь. Всё это случилось за четыре месяца до начала военных действий (в марте 2011 года), которые вызвали полное недоумение, потому что, как мне казалось, там не за что было зацепиться. Не было, как я уже говорила, никакой внутренней напряженности. Недалеко от Дамаска есть храм, где были похоронены Георгий Победоносец и великомученица Татьяна. Их мощи, а также многие другие ценности и святыни были вывезены Ричардом Львиное Сердце. И потому отношение к святыням у сирийцев очень трепетное. Они очень многое потеряли. Но выдержали и это. Их стойкость уже многовековая. Сейчас христиане в Сирии составляют серьезную (порядка 10%), очень культурную и небедную прослойку в обществе. Причем, это преимущественно православные. Антиохийская Церковь имеет очень большой авторитет. В Сирии вообще очень сильны традиции. Именно за это на них сейчас и нападают.

В свое время албанцы безжалостно уничтожали древнейшие святыни в Косово. Происходит ли что-то подобное в Сирии?

Сам Дамаск практически не пострадал. Но вокруг разрушений очень много. В городе Хомс, откуда и начались волнения, полностью разрушен целый храмовый комплекс. Но самое главное для всех нас – именно там хранился сам Пояс Богородицы. Ведь на Афоне находится (и был привезен на поклонение в Россию) только его небольшой кусочек. К счастью, пояс удалось сохранить. Не сообщается, куда его вывезли – похоже, в Дамаск. А сам храм, огромный, красивый, стерт с лица земли. В свое время нас очень тепло там принимали. Когда мы в феврале этого года приезжали на интронизацию Патриарха Иоанна X, владыка, в чью епархию входит Хомс, говорил, что до войны там насчитывалось несколько тысяч прихожан. Осталось человек пятьдесят, в основном старики. Владыка не оставил свою епархию, продолжает их посещать, элементарно снабжать продуктами. Сейчас в руках боевиков находится сам город Маалюля с монастырем Святой Феклы. Страшно представить, что там может происходить.

Мы общаемся в драматический момент, когда над Сирией висит угроза бомбардировок со стороны США. Как на это реагирует население?

Валентина Алексеевна Ланцева часто звонит в Дамаск, разговаривает с библиотекарем храма Московского Патриархата, выпускником семинарии Троице-Сергиевой лавры, Давудом. Он хорошо знает русский язык и помогает нам как переводчик. Он каждый раз говорит: «Дорогая, не беспокойся, если начнут бомбить, мы все выйдем на улицы! Мы все будем вместе». И мы в этом уже убедились.

Нельзя не спросить о провокационной химической атаке.

Находясь в Дамаске, мы из Москвы узнавали, что Дамаск якобы накрыло химической атакой. В этот момент, 21 августа, мы обедали в ресторане с председателем сирийского парламента совсем недалеко от места объявленной атаки. Одновременно с нами обедали члены делегации ООН. Не происходило ровным счетом ничего из того, что распространялось по американским и европейским каналам.

Чем завершилась поездка?

В заключение мы подписали общий манифест с женщинами Сирии и тоже решили подарить всем концерт, благо с нами была профессор Новосибирской консерватории. Еще накануне поездки отец Михаил Ходанов, арабист, дал нам с собой перевод песен «Священная война» и «Прощание славянки» на арабский язык. Исполнили мы их, конечно, по-русски, а всем присутствующим раздали текст на родном языке. Вы бы видели, какие у них были лица... Мы сказали, что привезли им песню, которая помогла победить нам, и надеемся, что поможет теперь и им. Много было за это время таких трогательных до слез моментов.

В дар от нас мы передали хоругвь с изображением иконы Богородицы «Августовская» – в 1914 году было видение Богородицы войскам, с тех пор ей благословляют воинов. Саму икону высотой в метр мы передали в министерство информации – сейчас это настоящий второй фронт. Когда только началась война, в этой сфере поселилась растерянность, а сейчас все службы работают прекрасно. Еще в феврале мы отметили, что работа не останавливается даже ночью: министр информации принял нас около 9 часов вечера – в это время в здании министерства горели все окна. А после двухчасовой беседы, в двенадцатом часу ночи, принимал еще посетителей. А окна продолжали гореть, как в военном штабе. Не говоря сейчас о том, что транслируют во всём мире, даже у нас показывают одни картины разрушений. Они там, безусловно, есть, но на месте это выглядит совсем иначе: идет своим чередом совершенно обычная жизнь. И не потому, что они какие-то особые, «железные» люди – это всё покрывает любовь, вера в Бога и уверенность в своей армии и в своем президенте. Это чувствуется на каждом шагу.

Фонд Иоанна Русского передал через нас в подарок Патриарху огромную икону Иоанна Русского в кафедральный собор. Вторая такая же икона предназначалась владыке Алеппскому Павлу, его родному брату. Этот город тоже очень пострадал, там разрушены многие храмы, а сам владыка сейчас находится в плену. И Патриарх выразил надежду, что скоро сможет вручить брату этот подарок. Настолько велика их вера.

Беседовала Ирина Пшеничникова

 

Подробнее о фонде:

www.pavelfond.ru

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru