Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

"Я — русский человек!"

№ 11, тема Простота, рубрика Культура

      Ксения Елисеева

«Вы знаете композитора Свиридова?» — на этот вопрос большинство ответит: «Что-то знакомое…», «Не помню». И только после подсказки: «Ну как же! Музыка-то к программе “Время”?» — в глазах обывателя мелькнет удовольствие, оттого что он, оказывается, прекрасно знает советского классика, и, подумав, человек добавит: «Конечно, и еще “Вальс” к пушкинской “Метели”!»

  «Я хочу, чтобы меня прежде всего понимали те, кто понимает мой родной язык. Стучусь в равнодушные сердца, до них хочу достучаться, разбудить их к жизни, сказать о ней свои слова, о том, что жизнь не так плоха, что в ней много скрытого хорошего, благородного, чистого, свежего. Но слушать не хотят, им подавай “Вальс” из “Метели”...»

Музыка Свиридова — сама по себе проповедь. Проповедь о Святой Руси в стране, где все слилось в серое «гражданин Советского Союза», где уничтожалась Церковь, где методично изглаживалась историческая память. Свиридов честен — он никогда не снимал с себя креста, и его исповедь в музыке принималась народом с доверием, потому что была искренна. Есть историки-философы, а Свиридов был философом-музыкантом. Он «слышал» историю, отмечал знамения времени по состоянию современной ему музыки, он проник в самую сущность русскости именно через народную музыку. Понял, что подлинно великое в культуре всегда национально. Сейчас все напряженно ищут национальную идею. Для Свиридова национальной идеей стала народная песня хоровое пение, которое всегда объединяло людей и без которого в старину не обходилось ни одно событие: ни церковный праздник, ни свадьба, ни похороны, ни радость, ни скорбь.

Излюбленный образ Свиридова — слепой нищий из «Моцарта и Сальери»: «Любопытно, что Пушкин сделал трактирного скрипача слепым. Он играет не по нотам, а по слуху. Музыку Моцарта он берет, что называется, “из воздуха” – который как бы пронизан, пропитан ею. Народность Моцарта – вот с чем Сальери не может помириться. Борьба с Моцартом – это борьба с национальным гением». Свиридовская музыка тоже: буквально витала в воздухе, особенно после выхода на экраны телефильмов «Время, вперед!» и «Метель».

Казалось бы: что русского в сюите «Время, вперед!»? С крушением СССР эта музыкальная тема, десятилетиями предварявшая выпуски новостей, была сразу заменена, как символ советской эпохи. Но именно благодаря этой музыке зритель ощущал пульс уходящих дней, чувствовал эту скорость несущегося поезда, слышал гудок паровоза, и – движение, движение… Просто Свиридов говорил со своим слушателем на понятном языке, не прибегая к упрощению, унизительному «адаптированию», но гениально возвышая человека. Композитор считал, что там, где для понимания произведения  требуется специальное образование, там кончается искусство. И его искусство понимали без спецподготовки во все времена. Вот и получается, что «Время» — самое что ни на есть народное произведение: «Простота — изначальное свойство русского искусства, коренящееся в духовном строе нации, в ее идеалах». Поэтому свиридовскую заставку вскоре вернули на прежнее место.

«Моя музыка — некоторая маленькая свеча из “телесного воска”, горящая в бездонном мире преисподней», — сказал как-то Свиридов. В этом нет рисовки — он чувствовал своим музыкальным чутьем, что рушатся не только традиция, но самая сущность Руси: «Нации русской больше нет», — с горечью восклицал композитор. На его глазах восторжествовал модернизм — антитрадиция, произошло чудовищное искажение музыки — додекафония, которую Свиридов называл «музыкой Воланда»: «Дьявольское овладело людьми настолько, что сам дьявол удивлен этому и благодарит людей за исповедование веры в него».

И все же надежда есть. «Мудрость жизни заключена в ней же самой: новые поколения приходят в мир вполне чистыми, значит, дело в том, чтобы их воспитать в служении высокому добру. Один лишь театр, концертный зал, журнал или газета, профессор в консерватории может приносить уже много пользы (хотя бы и один)…» Или хотя бы один композитор. А у нас их было совсем не мало! И даже когда, казалось, уже отрублены все корни, разрушено все самобытное, исконное, тогда рождается человек, говорящий с людьми о Боге и душе — музыкой.

В одном из своих последних выступлений Георгий Васильевич сказал: «Я призываю всех вас возвысить свой голос в защиту нашей великой культуры, нашей великой литературы. Я призываю вас: не стыдитесь того, что мы — русские люди! Я призываю вас с высоты своего возраста, и не сердитесь на меня, что я так говорю: надо гордиться, что мы — русские люди!» Эти слова должны, наконец, зазвучать в каждом сердце наших соотечественников, и тогда — мы обретем самих себя.

«…И в слабом, изнуренном теле возникнет тихая гармония катарсиса, очищения, мира. Это будет — звучание хора».

 Слово истины

 «Меня спрашивают: какой я? Я — русский человек! И дело с концом. Что еще можно сказать?» (Георгий Васильевич Свиридов)

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru