Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

После увольнения

№ 51, тема Рубеж, рубрика Образ жизни

 

 

         Период между дипломом и трудовой книжкой прошел на редкость легко. Работа нашла меня прежде, чем я успел о ней задуматься. И вот, едва успев защитить диплом, я стал учителем в довольно приличной московской школе. У директора хватало мудрости не вмешиваться в процесс, у завуча – не доставать бумажной работой, так что через полгода акклиматизации я получал от работы только удовольствие. За мной потянулись ученики, у некоторых возник горячий интерес к предмету, другие уже не играли в «злых птичек», а третьи даже иногда просыпались. Конечно, школьная реальность была далека от моих первоначальных профессиональных иллюзий, но мой труд был осмысленным, а положение – достойным.

 

         В школьной работе всегда есть и будет одно преимущество по отношению ко всякой коммерческой – это стабильность. Если вы молодой специалист с хорошим образованием, надо очень постараться, чтобы вас уволили... Но это и ее недостаток. Мой путь казался прямым, как бильярдный кий, я чувствовал, как ухожу всё глубже в это ремесло, и понимал, как трудно будет сменить род деятельности потом. А сменить рано или поздно отчего-то хотелось... Душа требовала преодоления новых барьеров, искала свежих впечатлений. И, как это уже однажды было, новое место нашло меня само.

 

         Летом прошлого года мне предложили работу мечты. Судите сами: это было модное интеллектуальное кафе (да, такие тоже бывают), созданное командой молодых и амбициозных ребят. Кроме удвоения зарплаты мне отдали целое направление деятельности, а потом и вовсе сделали управляющим. В довесок осенью обещались командировки по России и Европе... Долго думать я не стал, втянулся быстро, а когда подошел сентябрь, тихо забрал документы из школы, стараясь как можно меньше встречаться с учениками. Потом они поняли, почему я так сделал, но горечь расставания, наверное, не прошла до сих пор.

         Моя новая работа, казалось, была полной противоположностью школе. Сначала я должен был раскрутить место, приглашая знаковых людей московской богемы. Я устраивал всё, начиная от кинопоказов, заканчивая философскими диспутами, список контактов рос стремительно, я упивался сознанием своей значимости и масштаба. Затем я стал управляющим, то есть к культурному менеджменту добавилась работа над дизайном, командой и гостями. Было приятно, когда узнавали на улице, еще приятнее было давать интервью, так как наше место тогда было на пике популярности. Вместе с командой мы строили планы масштабного расширения: Киев, Вильнюс, Париж, Лондон… Казалось, вот она – золотая середина между смыслами и достатком. Но… взойдя на эту вершину, я скоро разглядел, что моя гора больше похожа на холмик где-то в стороне от большого пути.

         После первого упоения свободой довольно быстро пришло и первое тяжелое разочарование. Можно назвать это сжатием смыслов, ведь теперь меня уже благодарили не за новые знания, а за хорошо сваренный кофе. Богатство культурной программы стало такой же рутиной, как покупка салфеток. Все эти лекции лишь пережевывали уже миллион раз сказанное, а послушав лекцию об эстетике эпохи модерна, посетители оставляли за собой неубранные столы…

          Затем стало ясно, что свободы тут ничуть не больше, чем в образовании. Да, в школе были рамки предмета, программы и расписания, но эти правила всем известны, а ведь осознание границы, возможно, и есть путь к свободе. Тут же всё было наоборот. Не было никаких рамок и правил, меня бросили одного разбираться с грудой проблем, но за каждым решением внимательно следили, не без самодурства заставляя раз за разом начинать сначала. Тем временем работа заглотила меня всего, а когда я попытался проявить самостоятельность, выплюнула, как отработанный материал.

         Через полгода взаимных мучений я обнаружил себя за одним столом с моим шефом, который по-дружески хлопал меня по плечу, говорил что-то про оптимизацию, рассуждал на тему моих погубленных талантов, предлагал отдохнуть, но самого главного почему-то сказать не решался. В менее творческих тусовках слова обычно экономят, подсовывая на подпись заранее подготовленный бланк об «увольнении по собственному желанию»...

        

         Что чувствует человек после увольнения? Горечь, обиду, разочарование, опустошение и неуверенность... Но удивительно было то, что я всего этого почти не успел испытать. Сразу следом за едва начавшимся болевым шоком пришло и первое осознание: завтра мне нечем оплатить квартиру.

         Надо было срочно искать стратегию выхода из кризиса… Помог проверенный вариант, не раз примененный на практике: спокойно всё взвесить.

 

         В первую очередь я решил не ссориться с уже бывшим работодателем, не начинать войну (хотя я знал больше, чем он хотел бы, чтобы знали все).

         Во-вторых, я сразу настроил себя на позитивный лад, применив «правило салфетки». Это когда вы на коленке прикидываете все плюсы и минусы, считая, чего больше. Как ни странно, плюсов оказалось больше: впервые за полгода я никому ничего не должен; прощайте, ночные звонки; завтра мне не надо ехать в очередную командировку; есть время заняться собой и близкими, а тем временем в Москве, наконец, закончился «фепрель», уступив место настоящей весне. Раньше я этого не замечал.

         Наконец, в-третьих, у меня появилось время осмотреться... Вспомнилась фраза, которая раньше раздражала своей прямолинейностью, а теперь помогла примириться с унижением. Случайностей не бывает. И дело не в фатализме, а в том, что я, видимо, изначально не подходил для работы столь же творческой, сколь и пустой. Так не дан ли мне шанс исправиться, избавиться от иллюзии простых и счастливых денег, вернувшись к смыслам, а не формам?

         Следующий день я начал с обзвона учеников. Близились экзамены, и дети давно осаждали просьбами помочь, так как мой преемник оказался не на высоте. Пригодилось и то, что я не стал ругаться с шефом, который теперь, мучаясь совестью, сам предложил мне преподавать в бывшем офисе… Спустя две недели я смог поправить финансы… Но самое главное, что я понимал, кому и зачем это нужно. Я всегда старался не столько готовить к экзамену, сколько расширять кругозор, и в глазах нынешних учеников я видел куда больше благодарности, чем у бывших клиентов.

Возможно, в следующем году я вернусь в школу. Может, что-то новое найду. В любом случае, я точно знаю, чем нельзя поступиться. А если вдруг опять уволят, что с того? 

Константин Левушкин

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru