Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Есть ли жизнь после свадьбы?

№ 28, тема Долг, рубрика Спутник

В молодежном объединении «Молодая Русь» состоялся разговор о том, как меняется жизнь человека после вступления в брак. В разговоре приняли участие молодые семейные пары, участники объединения, протоиерей Максим Первозванский и все, кто просто пришел на эту встречу.
 
Разговор записали Людмила Палиевская и Наталья Зырянова
 
Ксения
Понятно, почему люди не хотят жениться. Ну, или живут в гражданском браке, а в ЗАГС идти не хотят. Потому что боятся, что то, что раньше они по отношению друг к другу делали добровольно и с удовольствием, они теперь должны будут, обязаны будут делать. То есть, если я вышла замуж, то уже должна мужа каждый вечер встречать дома ужином. Раньше он каждой мелочи радовался, а теперь иногда бывает, что за ужин и «спасибо» не скажет. Ну да, я понимаю, что он привык и воспринимает это как должное. Я иногда обижаюсь, а иногда понимаю, что я многое принимаю от него так же – как само собой разумеющееся. Ну, я же не вешаюсь ему на шею каждый раз, когда он зарплату приносит. По большому счету, он мог бы ее не приносить или приносить не всю… Или не мог бы – если уж женился? Трудно сказать, что мы должны, а что – нет. Мы же хотим, чтобы нас принимали со всеми привычками, со всеми нашими тараканами. Но тогда мы должны мириться и с тараканами своей второй половины. Или надо вообще избавляться от тараканов – как-то переделывать друг друга? 
Но в чем-то это все-таки хорошо – то, что люди что-то должны друг другу. Я знаю, что, если он вдруг перестанет приносить зарплату (кризис же!), я должна буду это потерпеть и стараться его не расстраивать лишними запросами. А он потерпит (ну, хотя бы первое время), когда я рожу ребенка и буду ходить лохматая и встречать его не ужином, а орущим младенцем. Должен потерпеть... Наверное… Беленькую-то меня всякий полюбит…
 
Александр
Я жил с мамой и бабушкой. Бабушка по утрам готовила. Просыпаешься, зубы почистил – завтрак на столе горячий. А теперь этот номер не проходит. Просыпаешься – рядом человек тоже спит. Завтрака на столе нет. Скажем, такая вот первая иллюзия, от которой пришлось отказываться. Хочешь завтрак на столе? – Отлично, иди готовь. Или пойдем вместе. И таких моментов достаточно много. Потому что в большинстве своем мы живем более-менее эгоистично. А в семье начинаешь жить уже для другого человека. За этим стоят практически все работы по дому. Они все начинают делиться. Раньше все делали мама с бабушкой, а теперь надо делать сообща. Хочешь сделать человеку приятное? Пришел раньше с работы, помыл посуду, которая осталась с утра, с завтрака. Нужно вынеси мусор – не надо ждать, пока тебе скажут, – просто увидел, взял, понес. И бежать в этом смысле наперегонки. 
 
Настя 
После замужества моя жизнь сильно изменилась в плане прибавления груза ответственности. Особо никуда не пойдешь – надо спросить, советоваться во всем нужно. Я не живу с родителями шесть лет, привыкла во всем на свое мнение ориентироваться, никогда никого не спрашивала. Если я в другом городе – «Мам, я в Ставрополь еду, я уже в поезде, уже в Краснодаре». А сейчас во всем нужно оглядываться. Иногда это нравится, иногда – нет. Я, например, хотела поехать учиться на сноуборде кататься. Но вот не поеду… У меня уже был неудачный эпизод со спортом. Я прыгала с парашютом и разбилась. И муж сказал: «Хватит нам травм, сиди дома». Вот так, жестко. И это – самое трудное. И тут приходится выбирать: либо мы ругаемся и я еду, либо мы не ругаемся и я не еду. Но когда что-то совсем принципиальное – были такие моменты, – можно и поспорить. 
Раньше я – «Фигаро тут, Фигаро там»: туда пошла, сюда пошла, это сделала, то сделала… Могла спокойно прийти домой, раскидать вещи (обычно, когда я раздевалась, у меня все летело от двери – куртка, шапка, сумка). Ела я сникерсы, пила кофе. 
Сейчас я пришла домой – пол грязный в коридоре. Помыла. Пришла на кухню – есть нечего. Приготовила. Я думала, что я неряха, не умею готовить. А теперь я поняла, что, оказывается, я чистюля и варю прекрасные борщи. И дома у меня все блестит. Мне самой приятно.
 
Андрей
А мне, например, мой папа всегда говорил, что у меня руки растут не из того места. И я был глубоко уверен, что это действительно так. У меня папа очень рукастый. У нас всегда была мебель, собранная его руками. Я помню, как мы делали ремонт, перегораживали стену – делали изолированную комнату. Но я был способен только на одно – оргалит подтаскивать от соседнего мебельного магазина. А вот гвозди забивать или еще что-то – «у тебя руки растут не из того места». Папа много раз пробовал меня учить – ничего не получалось. У младшего брата получалось все нормально. А когда я женился, вдруг обнаружилось, что нет, руки растут откуда надо. Сейчас у нас дома половина мебели сделана моими руками. Может быть, это связано с папой моей жены (по сравнению с ним, у моего папы руки растут не из того места). И я не мог ударить в грязь лицом. У нее отец – суперстроитель, он несколько домов сам построил. Мы сейчас живем на даче в том доме, который он построил от начала до конца, причем такого дома нет больше нигде на свете. Он совершенно уникальный по строительной технологии, по своему проекту. И там какие-то бирюльки, штучки, игрушки, которые он резал для детей. Так я, конечно, не смогу никогда, но сделать элементарную мебель в доме могу. И это, конечно, здорово.
 
Максим
 У меня есть друг – спортсмен-многостаночник. Он не мастер спорта, но занимался регулярно самыми разными видами спорта как любитель. И в горы ходил, и с парашютом прыгал, и на горных лыжах катался. Сейчас ему сорок семь лет уже. Так он мне сказал, что он успокоился в тридцать восемь лет, и он в один год сначала, прыгая с берега, сломал себе руку, а потом в этом же году, катаясь на горных лыжах, сильно подвернул колено. А он женат с двадцати лет. И у него было уже пятеро детей. И вдруг его пробило, что он не имеет права так рисковать собственной жизнью, потому что если с ним что-то случится, то его жена и дети подвисают, остаются без кормильца. Причем жена относилась к этому спокойно: ну, прыгает и прыгает, ходит и ходит. Она понимала, что он без этого не может. 
В общем, он и сейчас занимается спортом, но теперь гораздо более спокойным. То есть, не экстремальными горными лыжами, а просто горными лыжами, а еще чаще – беговыми, катается по лесу. С парашютом прыгать перестал категорически. И не потому, что он стал трусом, а он как-то испугался за семью.
 
 
Человек, вступая в брак, неизбежно ставится в позицию необходимости любви. Любовь – это же не только некая эмоция. Если говорить про Любовь с большой буквы, то это совокупность совершенств человеческой личности. Это и мысли, и чувства, и действия, и воля, и побуждения. Это все, что составляет человека. И многие из нас уже поставлены в необходимость любви, так или иначе. Кто-то, может быть, ухаживает за больной бабушкой, кто-то должен что-то делать по отношению к сестре, брату, родителям, еще кому-то. Но большинство из нас до женитьбы предоставлены сами себе. А в браке ты оказываешься поставленным в необходимость пребывания в любви. Ты должен и принимать любовь постоянно, и отдавать постоянно. Дарить любовь. И это оказывается достаточно сложным, особенно с непривычки. Но если человек в своем сердце, в уме и в чувствах находит для этой любви – входящей и выходящей – соответствующие пазы, и все встраивается в его душу, то он оказывается счастлив. Это то, что действительно дает человеку полноту бытия, радость любви к другому человеку. Но это сложный процесс. 
 
Брак в человеке раскрывает то, что до этого, как правило, где-то спит. И ты вдруг обнаруживаешь в себе какие-то таланты, которые очень хочется иметь. До этого в них просто не было смысла. Ну, какой смысл готовить для самого себя? Или мыть посуду? Есть тридцать тарелок, можно каждый день брать новую, а старую просто класть в раковину. И так они и лежат целый месяц. Разве заставишь себя что-то делать?! Но если твои близкие должны завтра вернуться с дачи, то сегодня ты будешь носиться по дому, убирая и перемывая все, что можно. Тут есть смысл: хочется ради них, ради него, ради нее что-то сделать. И это делается с радостью. 
 
У каждого в семье – и у детей, и у взрослых – есть какие-то обязанности. Это нормально. Потому что если ты каких-то обязанностей не отдашь, то ты должен будешь сделать все сам. Но если ты будешь делать все сам, то ужинать вы не сядете никогда. Потому что пока ты все это переделаешь, уже ужинать некогда, уже надо спать ложиться – завтра надо в школу или еще куда-то. Даже ребенок на каком-то этапе понимает, что если он сейчас не сделает то, о чем просят родители, то на горку сегодня никто не пойдет. Просто потому, что это будут делать мама с папой, и времени не останется. Это не чтение морали, это условие выживания (не физического, конечно). Это не искусственное воспитание, а естественное.
 
Благо, что наши обязанности растут постепенно, а не одномоментно: раз – и все на тебя свалилось, и ты уже должна уметь готовить борщ на неделю за пятнадцать минут. Есть возможность освоить русскую кухню, потом французскую, потом китайскую или японскую, и все это с радостью. А может, какая-то семья имеет достаточно денег, чтобы нанять себе кухарку. Можем мы себе представить такую православную семью, в которой есть кухарка? Да легко! Я знаю несколько таких семей… Это не грех. Может себе человек позволить? Может. Занимается обширной благотворительностью, работает. И тогда у жены проблема приготовить суп за пятнадцать минут не стоит. Но это от жены зависит, не каждая жена кухарку на кухню пустит. Не каждая мать захочет взять для своих детей няню. При этом я знаю массу семей, которые едва концы с концами сводят, но на няню умудряются наскрести. Потому что жена говорит: «Я иначе не смогу. Мне нужно, чтобы была возможность хотя бы на три часа в день выезжать на какую-нибудь работу». Не ради денег. Просто она – кандидат исторических наук. Она устроилась где-то подрабатывать, и тех денег, которые ей платят, хватает как раз на няню. 
 
Каждая семья, конечно, вырабатывает свой уклад. И этот уклад с годами становится все более жесткой конструкцией. Но если этого не делать, семья просто не выживет. Все рассыплется. И, так или иначе, накладываются дополнительные ограничения и проблемы, которые необходимо решать. Иногда даже путем конфликтов. Но этого не стоит слишком бояться. Конфликт – в каком-то смысле вещь конструктивная. Каждый раз, возникая, он свидетельствует не просто о накопившемся раздражении, а о том, что мы недостаточно большие, недостаточно глубокие, недостаточно высокие, мы – маленькие и в духовном, и в душевном смысле. И конфликт позволяет нам подняться на следующую ступеньку, вырасти, расширить свое сердце, что-то понять и почувствовать в жизни. 
Семья постоянно что-то нам предлагает, мягко и плавно добавляя проблемы, которые надо решать. Разной степени трудности. И в семье проявляется наша способность их решать. Если мы начинаем в них по-честному вкладываться, с душой, тогда это нам дает дополнительный опыт. Мы меняемся к лучшему. Можно нечто испытать, прыгая с парашютом. Например, вброс адреналина – одномоментно и остро. В семейной жизни все не одномоментно и не остро (хотя обострения, как в плюс, так и в минус, бывают). Но главное – это проживание того, что дает ощущение счастья и радости, и преодоление себя. 
 
Бывает, что и хорошая семья дает трещину. Он влюбился. Но шанс исправить всегда есть. Когда жена пытается не показывать, как ей больно, это способно очень многое в сердце человека произвести. Второй очень важный момент: нужно быть лучше той, на которую он почему-то запал. Это тоже работает – ведь ты же красивее ее! Ты умнее! Ты – мать его детей! У тебя все карты на руках! Как в замечательной оперетте «Летучая мышь» – у тебя есть все шансы эту Шмару оставить вне поля его внимания. Это правда! Даже если для третьего лица она моложе, красивее, умнее. Это все фикция. Для твоего мужа ты все равно имеешь все шансы стать умнее, красивее, привлекательнее. Только надо вспомнить, когда ты в последний раз была в фитнес-клубе. У меня однажды была беседа с одной молодой женщиной, которая после вторых родов жутко располнела. Была такая молоденькая, стройненькая. А тут она вдруг раз – и килограмм до девяноста при росте сто шестьдесят пять. Большая стала. И уже вроде как ребенка откормила, а продолжает быть такой. Я говорю: «Ты что? У тебя же муж есть!» – «А он говорит, что меня и такую любит». Я говорю: «Он не врет. Он тебя любит, но я не думаю, что ты ему такая нравишься». 
Есть разница. Он тебя любит любую. Но это не значит, что ему нравится, что ты перестала за собой следить. Даже если вы уже лет пять вместе, все уже привычно, все уже есть: и быт устроен, и детишки, и вас очень многое связывает, и общие проблемы, которые вы вместе решали, и радости, и то, что вместе что-то победили, что-то прожили. И в этой ситуации муж может, совершенно не задумываясь над всем этим, вдруг начать поглядывать на других женщин. Он же слаб. Любой мужчина слаб. Женщина должна держать руку на пульсе. Что там с мужем происходит? Он женился-то на другой! На тебе, но на другой – стройной, симпатичной, ухоженной, ласковой и заботливой. Хотя говорят – и это тоже справедливо, – что для мужчины жена его все равно будет такой, какой она была, когда они поженились. Но надо все-таки стараться облегчить ему задачу. Можно помочь и быть для него красавицей. Это не хитрая женская уловка, это просто любовь. 
 
В браке любовь – это жизнь для другого человека. Она складывается из мелочей. Из того, что ты хочешь повкуснее ему приготовить, хочешь его порадовать тем, что дома чисто, или тем, как ты хорошо выглядишь, как ему улыбаешься. А не то, что на него наорала, тут же позвонила тебе подружка или шеф, и ты сладким голосочком с кем-то другим разговариваешь. Неужели он не чувствует этой разницы – что ты не хочешь ему нравиться?! Для него же это важно! И важно для женщины, чтобы мужчина ее завоевывал каждый раз. Правда, если жена всегда в хорошем настроении, и что бы муж ни натворил – всегда ему улыбается, – это и мужчине не понравится. 
 
Конечно, мужчина должен не меньше. Он должен точно так же следить за собой, а очень многие мужчины от спокойной жизни, действительно, очень быстро превращаются в… Как только рождается ребенок, мужчина стоит перед проблемой: или ночью ребенок с ним, или у него нет жены. Это факт. Жена настолько умается днем с ребенком, что естественный момент – ночью ребенка отдать мужу. Семья, с появлением детей, диктует мужу необходимость включаться не меньше, чем жене в то время, когда он находится дома. Пиво с телевизором исключено совершенно. Если мужчина – законченный эгоист, такое возможно. Но если муж сел с газетой на диван, он должен понимать, что ничего не будет. Ничего вообще. Будет спать в гостиной на этом диване – голодный и необласканный. Этим злоупотреблять нельзя и шантажировать тем более, только в крайнем случае, иногда. 
Но бывает и женщина, которая скажет: да не буду я тебе детей рожать, у меня фигура испортится. И вообще, мы этим летом на море собрались. А как мы поедем на море, когда я буду беременная? 
 
Конечно, вступая в брак, ты почти сразу обнаруживаешь какие-то ограничения. И к этим ограничениям добавляются какие-то радости. Это здорово! Дальше этот процесс так и будет происходить. Ограничения будут добавляться, и радости тоже. Правда, радости будут добавляться в одном случае: если ограничения, которые на тебя выпадают, принимаются с радостью. То есть, если ты не бунтуешь против них. Если бунтуешь, ограничения все равно есть, потому что каждый раз даже разговоры о них вызывают напряжение в отношениях, любовь убывает, а радости не прибавляется. И так во всем. 
 

 

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru