Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

На крови и слезах

№ 48, тема Капитализм, рубрика История

Всем хорошо знаком образ труженика-протестанта, который не покладая рук трудится на своем предприятии. Протестантская этика, дух капитализма и всё прочее. Но эта красивая картинка была призвана затушевать довольно неприглядный факт: капитализм взял старт с преступлений против совести.

Есть у Маркса, большого, кстати, эксперта в этой области, любопытный термин – «первоначальное накопление капитала». Конкретных воплощений у этого процесса было довольно много, а вот суть всегда одна. Маркс рекомендовал читателям смотреть на XVI век, на него и взглянем.

Возьмем, к примеру, откуп налогов. Некий «эффективный менеджер» обещает собственнику или владельцу гарантированно собрать такую-то сумму с подвластных ему земель. И собирает, буквально выколачивая, не только требуемую сумму, которая превышает разумные пределы (иначе «эффективный менеджер» не получил бы свободу действий), но и свой собственный гонорар.

Или вот другой пример. Далеко не всем известно, что среди самых продвинутых капиталистов XVI века было довольно много крестьян. Схема была простой: берем в аренду у феодала большой участок земли и сдаем в субаренду своим соседям по деревне из тех, кто победнее, причем производим не хлеб, а какие-нибудь технические культуры, чтобы бедняки не могли сами потреблять то, что они произвели. Все помнят фразу Монтеня о том, как в Англии «овцы съели людей»? Торговля текстилем в эпоху Средневековья и Раннего Нового времени – суперприбыльное дело (торговать пряностями – это эксклюзив, а вот одежда нужна всем). Соответственно, любое масштабное производство испытывает большую потребность в шерсти. Чтобы ее производить, нужны всего две вещи: овцы и люди, которые будут их пасти и стричь. Простейшее решение, как получить и то, и другое, – приватизировать общинные земли и превратить вчерашних крестьян в нищих наемных работников, готовых работать за пайку. И это не только для Англии характерно: во Франции, Германии и боровшихся за свободу Нидерландах ситуация была точно такая же.

В XVI веке даже ведение войны стало коммерческим предприятием. Король или крупный феодал предлагал известному полководцу собрать армию. Вроде бы всё в порядке. Но лучшими военными в то время были профессиональные наемники, которые без денег не воюют. И вот тут начиналось самое интересное: король полководцу денег не давал, он ему обещал некую сумму после завершения кампании, а солдатам требовалось заплатить часть жалования до начала боевых действий. Полководец, конечно, закладывал всё, что было, надеясь на прибыль от похода, но соль в том, что денег в принципе не могло хватить. Военные того времени уверяли в боеспособности армии в 20 тысяч человек. Швейцарским и немецким наемникам (оптимальный вариант той эпохи) платили по 4 гульдена на человека в месяц. Для упрощения расчетов выбросим командный состав, который, очевидно, получал больше, и элиту на двойном жаловании, и получим 80 тысяч гульденов в месяц. Средний срок найма – 3 месяца, то есть 240 тысяч гульденов на всю кампанию. А годовой доход немецких княжеств колебался в диапазоне примерно от 40 тысяч гульденов в Бранденбурге до 110 тысяч гульденов в архиепископстве Кельнском. При этом мы считали только пехоту: за кавалерию и артиллерию надо было платить отдельно. Ну и напоследок добьем тем, что цифра в 20 тысяч солдат – это средняя температура по больнице; реальные армии собирались и в 50 тысяч. На что же рассчитывали коммерсанты от войны, если все участники предприятия понимали, что заплатить невозможно? Во-первых, на грабежи. Христианские армии Европы разграбляли территории соседних стран злее, чем турки, вспомним хотя бы взятие Константинополя и вывоз его богатств. Во-вторых, на банальную убыль войска во время похода. Ладно еще боевые потери (солдат стимулировали идти на штурм за возможность пограбить, так они вымирают быстрее, чем во время осады, да и десятую часть награбленного получал полководец); из-за полного отсутствия снабжения армии от голода и болезней люди вымирали тысячами. В результате и без того неприглядный облик войны становился каким-то особенно мерзким. Но риск – благородное дело: один крупный успех приносил полководцу безбедную старость.

Короче говоря, не было в Европе XVI века такого слоя людей, который не делал бы деньги за счет ближнего своего, а в учебниках сухо пишут: «Происходило первоначальное накопление капитала».

Когда знаешь некоторые подробности экономической истории XVI века, особенно мило выглядит то, что Гайдар и Чубайс в 90-е обосновывали «шоковую терапию» и повальную приватизацию именно необходимостью первоначального накопления капитала, нужного для запуска новых экономических отношений. Интересно, те, кто их слушал, знали, что это и зачем?

 

Николай Асламов

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru