Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Мир сходит с ума. Симптомы.

№ 30, тема Страх, рубрика У Палыча

 "Даешь шизу!". Этот странный лозунг я увидел сразу как вошел в квартиру Палыча. Рядом с лозунгом были приколоты кнопками шесть фотопортретов: улыбающийся Мамонов со сгнившими зубами (вероятно, в роли Грозного), какая-то странная девица, на лице которой было написано о нерешенных половых проблемах, сметанный Константин Эрнст и еще один дядя, на чьем лице можно было прочитать: «Я крупный госчиновник». На пятом фотопортрете был изображен какой-то садомазохист в милицейской форме, на шестом – Надежда Кадышева.

Я в нерешительности остановился и неуверенно произнес: 
– Чаю-то со мной выпьешь? 
– Конечно, – ответил Палыч, но было очевидно, что с Палычем что-то не то. И тут на столике рядом с диваном я увидел томик стихов Дмитрия Пригова. Теперь сомнений не было: у Палыча немного съехала крыша. Нормальный Палыч на дух не переносил никаких культурных постмодернистов.
Палыч перехватил мой взгляд и нервно засмеялся: 
– Все правильно, Ватсон, только выводы, выводы – прямо противоположны. Это не у меня съехала крыша, но кто-то очень хочет, чтобы у большинства из нас она съехала. Нам готовят Перестройку–2, а я боюсь, мы еще одной не переживем. Ну да, поэтому здесь этот… Пригов. Знаешь, одно стихотворение он все-таки написал.
Палыч зашуршал страницами и прочел:
– Нам всем грозит свобода, свобода без конца
Без матери и сына, и даже без отца.
Посереди России, за весь двадцатый век,
И я ее боюся как честный человек.
 
Я с трудом перевел дух и указал на фото.
– Кто это? И почему вместе? – единственный вопрос, который я сумел выдавить из себя.
– Слушай, давай, правда, чаю что ли, – как-то устало и безнадежно попросил Палыч. – А то у меня действительно сейчас крыша рванет, шиза – вещь заразная.
Не спеша выпив первую чашку, он деловито спросил:
– Мамонова-то в роли Грозного, надеюсь, узнал?
Я кивнул. 
– Ну вот. Это ж «Царь» задал шизоидальный фон. Спасибо Петру, изобразившему шизу, товарищам Дворкину, Лунгину и Леше Иванову. Ну что ты так смотришь? Поясняю. В «Царе» нам показали верующего шизика Иоанна Васильевича и предложили чудесный выбор: либо царь, либо вера. Типа царская власть и христианство – это разные понятия. Товарищ Дворкин – главный консультант, главный создатель сего образа. В своей книге он отказывает Иоанну Васильевичу в праве на искреннее покаяние. А ты знаешь, что Алексей Иванов, «главное дарование русской литературы XXI века», прямо сказал, что до Грозного у нас были правители как в Европе, а с него началась «шиза» российской власти. И мало того, кроме шизика-царя, Иванов вместе с Лунгиным выдали нам за христианство проповедь какого-нибудь академика Сахарова о ненасилии.
– Ну, а эти? – кивнул я в сторону портретов.
– Кого узнаешь?
– Ну, Костю Эрнста, да и чиновник какой-то знакомый, а вот озабоченную деваху не узнаю.
– Да, отстал ты от жизни. Гай Валерию Германику не узнавать. Весь интернет дымится от баталий по поводу ее сериала «Школа». По первому показывали. Я не все, конечно, смотрел, а так, по диагонали. 
– Да, я слышал что-то такое, но моему-то до школы еще далеко. А мне вроде как уже поздновато… А ты-то зачем смотрел?
– Так говорю же, в интернете прочитал. Народ в шоке. Даже при Ельцине школу не трогали. А теперь из всех пушек разом.
– А-а, так Костя Эрнст – главный заказчик, что ли? – я снова кивнул на портреты. – Если сериал шел на первом…
– Правильно. Поэтому эту Чаганаву мне обсуждать неинтересно – достаточно посмотреть на нее и понять, что в своей жизни она может снимать только одну картину – «Вся страшная правда женского школьного туалета, которую от вас скрывали». И неважно, сколько времени идет эта картина – пятнадцать минут или сто пятьдесят серий. Вот Костя посмотрел и все понял, и мы имеем сериал «Школа»
– Ну, а этот чиновник кто?
– Ну, брат, ты министра образования Фурсенко не узнаешь? А он ведь нам все рассказывал, что 2010 год – это год школы, и мы резко в этом году повысим статус учителя. Ну вот, и сразу после этого стали показывать сериал «Школа». 
– А причем здесь садомазохист в милицейской форме?
– А, это я проанализировал свои впечатления от последних подвигов нашей милиции. Знаешь, как послушаешь про них очередные новости, хочется схватить автомат в руки и начать всех колошматить.
 – Слушай, Палыч, а Кадышева-то здесь причем? 
– А ты не слышал ее новый хит – цоевскую «Мы ждем перемен»? Когда я услышал эту тетю, может, тебе это покажется странным, но меня окончательно пробило. Я понял: Перестройка–2 началась. Шизоидизация массового сознания населения приняла принципиально новые размеры.
И тут меня осенило. 
– Палыч, дорогой, остынь. Ты тут за пару минут нарисовал мне целую картину масонского заговора! А ведь каждый по отдельности проект можно объяснить вполне рационально. Ну, например, сериал «Школа». Еще два года назад пенсионерское радио «Маяк» перевели на молодежный формат. Помнишь, там Стиллавин с Бачинским появились? Ну, а менты… ты ж не вчера родился, не первый раз слышишь, что иногда вытворяют. И так можно обо всем, что ты сказал.
– Нет, это ты остынь, дорогой мой. Я не пытаюсь доказать, что Дворкин, Иванов, Эрнст и Германика – члены одной масонской ложи. Кукловодов-то мы не видим, но действия этих синхронизаторов очевидны. А тут еще эта – Палыч с остервенением посмотрел на портрет Кадышевой – поет: «Мы ждем перемен»…
 

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru