Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Где ты?

№ 26, тема Испытание, рубрика Спутник

 На должность переводчика меня наняли временно, по протекции знакомой. И вот я приехала в Москву из Питера с начальником. Переговоры с немцами прошли удачно, – я была на них как рыба в воде. И теперь кожей чувствую: у меня впереди блестящие перспективы. Мы с Павлом полностью друг друга устраиваем. Он ненамного старше меня, мы быстро перешли с ним на «ты». Я нравлюсь Павлу. И он не женат… Познакомиться бы с ним поближе, понять, что там у него внутри. И вот мы сидим с Павлом в ресторане на Красной площади, прямо в здании Исторического музея. Чудесное весеннее утро. Интерьер французского салона, наверное, девятнадцатого века. 

У меня немного болит желудок после вчерашнего шикарного ужина с немцами. 
Поэтому я закрываю меню и спрашиваю у подошедшего официанта:
– У вас есть овсянка?
– Овсянка? Овсяная каша? Приготовим. 
Уточнив насчет блюда, он удалился. Павел заказал для себя мясо и салаты.
– Чего ты меня позоришь? Подумают, что я жлоб или еще что…
– Но я действительно хочу овсянку.
Я ем кашу с аппетитом. Ради этого стоит посетить ресторан. Павел выходит поговорить по мобильнику. 
За соседним столиком одиноко сидит мужчина в строгом костюме и наблюдает за мной. Я поднимаю на него глаза, и он мне улыбается. Я улыбаюсь в ответ. Он подзывает официанта. Возвращается Павел. Мне приносят огромное блюдо с фруктами.  
Мы разговариваем о чем-то отвлеченном, я поедаю фрукты. 
Нам приносят чек, и Павел спрашивает официанта:
– А за фрукты?
– Это подарок девушке. От молодого человека с соседнего столика. 
Павел оглянулся, потом посмотрел на меня.
– Ты ему строила глазки?
– Нет. Жаль, что ты так обо мне думаешь.
– Да нет, расслабься, – Павел улыбается. – Я шучу. Аня. Послушай меня. Ты очень красивая, ты обаятельная, ты профессионал. Мне нужен секретарь-переводчик. У тебя это великолепно получается. Зарплатой не обижу… Ты же снимаешь? У меня ты сможешь заработать на квартиру…
Он смотрит мне прямо в глаза и накрывает своей ладонью мою руку. Во взгляде его что-то меняется. У меня нет выбора, кроме как ответить ему прямо, в лоб:
– Секретарем, переводчиком – пожалуйста. Но ничего лишнего. Спать я с тобой не буду.
Павел изумленно таращится.
Хоть бы он сейчас сказал: «Ты с дуба рухнула?! Я и не предлагаю».
– А почему? Я тебе не нравлюсь? Да меня все на смех поднимут… 
Мы разговариваем еще целый час. Вернее, час длится мой монолог. Я просто объясняю Павлу свою точку зрения. В конце разговора он пожимает плечами:
– Знаешь, Аня, даже не знаю кто ты: дура или… идеалистка? В общем, счастья тебе. 
Больше мы с Павлом не пресекались. 
Я иногда думаю: «Ну, Господи, посмотри, я же всем жертвую, я не иду на компромиссы... Вокруг меня столько мужчин, я нравлюсь, я теоретически могу быть не одна… И ведь никому в голову не придет, что я не «сопровождающая», что я не «девочка на ночь», – а что я честная девушка, которая хранит себя для единственного. А его все нет и нет. Я его жду с шестнадцати. Мне уже двадцать девять. 
Нет, я жду не принца на белом коне. Мне неважно, какое у него положение в обществе, сколько он получает и в каком городе (да даже в какой стране) он живет. Мне просто вот уже тринадцать лет хочется любить и быть любимой. И тринадцать лет я одна. Почему? За что? В чем моя ошибка, Господи? Что я делаю не так? Или так надо – прожить жизнь одной? Или все еще будет?
 
…С Юлей мы вместе учились в универе, вместе потом работали на радио. Чудо что за девушка, моя очень близкая подруга. Она вышла замуж в двадцать четыре. Ее сыну (моему крестнику) уже пятый год. Сегодня сидим с ней в баре. 
– Аня, ты только не обижайся, но мне кажется, все твои проблемы в личной жизни – от того, что ты… верующая. Мне кажется, ты как будто попала в межсезонье, в мертвую зону, с твоими-то статусом и внешностью. Ты поставила жесткие рамки: или – или, третьего не дано. И в этом твоя ошибка. Все неверующие, прости уж, – земные, обычные, грешные человечки, как я, – хотят близости. И это нормально. И плевать на все. Это не просто физиология, это глубже. Парень твоих убеждений не разделяет – ну бессмысленно это для него; он, может, и примет тебя с твоими тараканами, но это будет такой громадный комплекс внутри… Так что с неверующими ты в пролете… Это редкость, чтобы нормальный неверующий тебя вот до такой степени понял. А с верующими еще сложнее. Ты сама говорила, что все твои адекватные православные ровесники давно женаты. А неуверенных в себе ты сама своей внешностью и образованием отталкиваешь. Да и не нужны тебе такие... 
Я соглашаюсь с Юлей. Но что делать дальше – понятия не имею. Только надеяться и ждать. Я хоть и оптимистка, но человек довольно рациональный. Поэтому я понимаю, что в принципе может такое быть: я на всю жизнь останусь одна. Ведь и так люди живут и самореализуются… И значит – так надо. Я утешаю себя тем, что все не просто так и что пока другой альтернативы у меня нет. В моей двадцатидевятилетней жизни было четверо парней, которые мне очень сильно нравились. И это было взаимно. Отношения всегда начинались красиво: цветы, кафешки, поездки, прогулки. А заканчивались одинаково – расставанием. Но инициатором была не я. Я до последнего пыталась донести свою позицию. Как маленькая девочка, я объясняла, оправдывалась – почему я не могу жить гражданским браком. 
  
Меня никто не понимал. И это было очень больно. Мы расставались, я – в очередной раз – надеялась, что он перезвонит, вернется… А он надеялся, что я изменю свои принципы. 
Однажды я услышала:
– Есть люди, которые упиваются своей праведностью, выдуманными страданиями. Вот и ты из них. Будешь носиться всю жизнь со своей невинностью, как курица с яйцом. 
Дальше – жестче, даже повторять тяжело. После этого разговора я просто отключила телефон и уехала на весь день к блаженной Ксении. На другой день – в Иоанновский монастырь, на Карповку. Только так я смогла немного заглушить боль.
…Сначала я думала, что мне не везет в личной жизни, потому что я живу с родителями, которые во мне души не чают. Я захотела самостоятельной жизни. Стала хорошо зарабатывать на радио и в газете, смогла снять себе квартиру. Но ничего не изменилось. 
Потом я решила, что дело в окружении. Надо радикально сменить обстановку. Как раз в тот момент меня пригласили на стажировку в Германию. Я жила несколько месяцев в Бонне, была корреспондентом русской службы новостей на «Немецкой волне». Я очень полюбила Германию. Но прошло время, и я поняла: от того, что есть, никуда не уедешь. 
…Как-то я познакомилась с парнем в гостях у друзей, вернее, нас познакомили: его пригласили специально ради меня, как я узнала позже. Андрей мне понравился, мы стали встречаться.
Вскоре Андрей меня предупредил: 
– Мне про тебя рассказали немного. Я принимаю твои правила игры. 
Вот так. Правила игры. Для некоторых окружающих моя вера – это игра со сложной системой правил. И я себя в эту систему поместила и жду игрока-напарника. 
 
С Андреем мы потом расстались совсем по другой причине: слишком разные были, и влюбленность постепенно сошла на нет. Но друзьями остались до сих пор. 
…Прошел тот период, когда я с улыбкой смотрела на влюбленные целующиеся парочки и радовалась за них. Теперь я от них старательно отвожу взгляд. Мне обидно, что у меня не так. Быть может, решись я тогда «на все» до брака – все и было бы иначе?.. 
Я люблю цветы. Я сама себе часто покупаю герберы и лилии. И как мне хочется от него получить цветы. До слез иногда. Мне хочется, чтоб он меня обнял. Именно он и никто другой. Пусть все достанется только ему. Если он будет, конечно. В чем я, честно говоря, не уверена.
Как-то я сказала Юле откровенно:
– Может, я всю жизнь буду одна. Я к этому готова. 
– Нет, ну а как же дети?
Аргумент, который раздражает меня до крайности. 
– Ради детей выходить замуж?
– Ну как же ты одна будешь жить? Вот подумай: в старости воды никто не подаст…
Не менее глупый аргумент. 
– Откуда ты знаешь, что гипотетический муж мне воды подаст, а не в лицо плеснет? А может, он сам от меня воды и утки ждать будет… 
– Ну ты загнула!
– Да нет, это жизнь. И у всех она разная. Если ты счастлива с мужем, – это не значит, что у меня так же будет. Если у тебя здоровый, хороший сын, – это не значит, что у меня будет такой же. 
– Аня, ты говоришь так от отчаяния. Как лиса из басни, которая заявила, что виноград зеленый. А он просто высоко висел, ей не достать. 
Я запуталась. Иногда мне кажется, что права Юля, иногда – что я. 
 
Я прочитала в одном ЖЖ очень меткую фразу: «Я слишком хорошо знаю, что быть с кем-то – совсем не значит быть с кем-то счастливой». Я себя этой фразой очень здорово утешаю. 
«Надо что-то менять», – говорят мне и смотрят сочувственно. Читай: надо жить как все. Гражданским браком. И тогда все образуется. Как у всех. 
Только одно меня пугает: если я, зная с детства заповедь «не прелюбодействуй», сделаю вид, что про нее забыла и времена изменились, – начну жить так, как считаю нужным, счастья мне это не принесет. Не принесет, и все. 
 
Зачем, почему я одна? Наверное, в этом есть какой-то смысл. Как-то я беседовала со священником на эту тему.
 – Богу надо доверять. Как маленький ребенок доверяет родителям. Делай, что должно и будь, что будет. Он ведь любит нас больше, чем мы любим сами себя. И к тому же знает, что нам действительно нужно, а от чего будет только хуже. Ему же не жалко для тебя не только мужа. Он же Себя не пожалел ради нас – «Так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного…». Он ведь очень хочет твоего счастья. Но значит так лучше для тебя. Значит, другие варианты все равно не принесли бы тебе счастья. А терпение и надежда на Бога производят в твоей душе невидимую работу. Душа меняется.
Грех затемняет и убивает душу. Сопротивление греху – очищает и со временем наполняет светом, радостью и любовью  ко всем. Душа становится способной к настоящей любви. Только не забывай молиться и за все благодарить Бога. А Он никогда тебя не забудет. И не только в будущей, но и в этой жизни». Такими были его слова.
 
Дура я или идеалистка? Наверное, просто верующий человек, уверенный в том, что за все придется дать ответ. И что просто так ничего не бывает.
…Я живу, влюбляюсь, провожу время с друзьями, жалуюсь блаженной Ксении, радуюсь, работаю, путешествую. Невозможно все время переживать по поводу того, что ты одна. Кто знает, сколько это продлится? Может быть, всю жизнь. Я просто переключаю внимание и занимаю себя совсем другими мыслями и делами. И все равно надеюсь и жду. Потому что надежда умирает последней. И еще потому, что где-то в Библии сказано: «Не постыдятся все уповающие на Бога». То есть, тем, кто на Бога надеялся, плохо не будет. Они будут счастливы. Я в это верю. Правда, не знаю, насколько еще хватит моей веры.
 
Анна С.
 

Рейтинг статьи: 5


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru