Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Так ведь никто и не врет

№ 13, тема Честь, рубрика Образ жизни

Есть такая книга, называется она «Записки рядового информационной войны». Книга про грязь и чернуху, связанные с современной журналистикой. Очень реалистичная книга. Я учусь на журналистике уже пять лет, работаю в сфере журналистики уже лет девять. Первая газета, в которой я работал, называлась «Топот мух», через шесть лет вышла моя первая публикация на сайте Кремлевской экспертной сети. И за этот промежуток времени я видел очень много. Много такого, отчего на практике узнал, почему журналистов называют представителями «второй древнейшей профессии». И все же я не об этом.

Среди журналистов попадаются и порядочные люди. И даже немало. И это тем более странно, что мы живем в эпоху информационных войн. А война, любая, – это грязь. Информационная же война грязнее обычной в том смысле, что здесь нет четко очерченной линии фронта, нет физических ран и убийств. Война ведется за умы людей, а точнее за массовое сознание. Этакая война, последствия которой все видят и ощущают на себе, но очень немногие понимают, что они стали участниками либо жертвами войны. И основная боевая единица в этой войне – журналист.

И в таких условиях очень трудно придерживаться какого бы то ни было кодекса чести или этики. Вообще мне всегда была удивительна формулировка «кодекс этики журналиста». То есть пока я на работе, я – журналист, и, следовательно, веду себя этично. С девяти утра до восьми вечера – я честный и этичный. А потом, извините, я обычный человек, я не на работе – и гори оно все синим пламенем. Беру топор – иду к старухе-процентщице. По душам поговорить. Фактически «кодекс этики журналиста» – это то же самое, что «кодекс этики сантехника» или «кодекс этики дворника». Журналистика – в первую очередь ремесло и никак не искусство.

Мы, журналисты, находим информацию и передаем ее людям в адаптированном и в неизбежно интерпретируемом виде. Наши интерпретации при этом либо невольные, поскольку человек субъективен, либо сознательные, поскольку в информационной войне не столь важна фактура, сколь коннотация того или иного факта. Процесс, не требующий особых творческих усилий. Как пошутил один мой знакомый новостийщик: «Умеешь писать – значит, потенциальный журналист».

Журналист – это не фундаментальное, определяющее личность «эго», но всего лишь совокупность определенных профессиональных качеств. И если эти качества становятся доминантными в человеке, то он перестает быть личностью, становясь тождественным своей профессии. Вы много таких психов видели? Спрашиваешь человека: «как тебя зовут?» – а он отвечает: «Корреспондент журнала “Мокрое дело”». Но почему-то мы говорим о кодексе профессиональной этики.

Кстати, большинство этих кодексов – продукт западной цивилизации. Следовательно, основаны они на моделях и идеологемах западной демократии. Все эти кодексы сводятся к тому, что журналист должен работать с информацией честно и ответственно. Ну а дальше – юридические нормы поведения журналиста в редакции, с коллегами по работе, с целевой аудиторией. Но, это, простите, не этика, а юриспруденция. Этические уложения начинаются и заканчиваются в этих кодексах простым тезисом «журналист не должен врать». Так ведь самое удивительное, что никто и не врет. Ложь в чистом виде в современной журналистике встречается крайне редко. Это – устаревший метод. Его используют только непрофессионалы или когда деваться некуда.

При нынешнем обилии информации можно говорить правду, только правду и ничего, кроме правды. Только не всю правду. И результат будет еще худший, чем от открытой лжи. Это так называемое современное мифотворчество.

Вот простой пример, как журналист может корректировать свою репутацию. Есть некая газета, в которой появилась некая острая публикация на тему, косвенно задевающую издателей газеты. Издатели этот материал проморгали. Проморгал его и редактор. Такое крайне редко, но случается. Опубликовали материал. Но потом увидели, что получилось, и на журналиста обиделись, притом обиделись так конкретно, что перестали его публиковать. Ну а через полгода газету закрыли, потому что она стала невыгодна или просто надоело ее издавать, да мало ли причин.

Ну а дальше журналист уже в другой газете пишет: «опубликовали там мой материал, было много шума, со мной ругались и скандалили, а через полгода газету почему-то вообще закрыли…» И где здесь ложь? Все факты по отдельности являются совершенно верными, но интерпретация этих фактов наталкивает читателя на вполне определенный вывод.

Вы думаете, это абстрактная ситуация? Вовсе нет, один раз я сам проделал такую операцию. Честно, мне стыдно. Больше я подобными приемами не пользуюсь. Но не пользуюсь не потому, что нашел некий «универсальный кодекс этики журналиста», а потому, что стал задумываться о кодексе чести человека. О моем кодексе чести.

Есть такое состояние человека, не очень хорошее, когда совесть начинает болеть. Сначала это почти неощутимо, некий дискомфорт на уровне «чё-то не тоё». В итоге доходит это до откровенного уныния, когда человек говорит: «Да ну это всё!» – и уходит из профессии. Однако есть и третий вариант развития событий. Нужно понять, что не профессия делает человека, а человек – профессию. Наша клавиатура – это все тот же «нож» апостола Павла. И то, что и как мы вырезаем этим «ножом», и есть практическое применение чести.

Журналист в эпоху информационной цивилизации – это миротворец. И то, насколько миф соответствует реальности и насколько этот миф ориентирует человека на выход за рамки мифа и приход к реальности, – это показатель честности человека, работающего журналистом. Честность в данном случае – это способность к проявлению чести.

Александр ЧАУСОВ, 23 года, г. Нижний Новгород

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru