Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Надо подождать

№ 24, тема Дело, рубрика Образ жизни

Настя – человек-оркестр. У нее очень живая мимика, всегда сияющие глаза, а когда Настя смеется, она всегда садится, будучи не в силах стоять. Тонкие плечи содрогаются, светлые пышные пряди подпрыгивают в такт, и все, кто рядом, – тоже начинают смеяться.

Как правило, когда я приезжаю гостить в мой любимый Киев, я останавливаюсь у нее.

Настина маленькая однокомнатная квартира похожа на музей: я наливаю какой-нибудь особый карпатский чай в чашку из говорецкой глины, беру коричневый сахар из причудливо расписанной сахарницы и разглядываю яркие магниты из разных стран на холодильнике. По стенам, на полках, на шкафах – да повсюду! – очаровательные милые безделушки, картины, фотографии в рамках. Кисти и краски в цветных и плетеных коробках, мольберт, смешные мордочки игрушечных зверей.

Пока я живу в Киеве, плитками ем шоколад фабрик «Свiточ» и «Рошен», которого мне так не хватает в Москве. Утром нахожу на столе дополнительную шоколадку и записку со смешной рожицей «Вот это очень вкусный шоколад с мятой. Я в Англии купила, специально берегла. До вечера, Ивасян. Целую и щемлю».

Настя всегда придумывает новые варианты моего имени.

 

Несколько лет назад Настя пробовала поступить в Школу-студию МХАТ имени Чехова. Не получилось. Но мечту не оставила. Начался «театральный», как любит говорить Настя, период в жизни: многочисленные театральные студии в Киеве, мастер-классы по актерскому мастерству, встречи с режиссерами и другими интересными людьми. А еще Настя играла в настоящем спектакле на французском языке в Доме актера. Это был результат деятельности театральной студии при Французском культурном центре в Киеве. Студию вела профессиональный режиссер из Парижа.

Спектакль назывался "Игра в чистилище", в нем было всего два действующих лица: женщина, попавшая в аварию, и Ангел... Настя играла женщину. Никогда еще я не видела ее такой счастливой, как в день премьеры.

Однажды я получила от Насти письмо: «Я как будто в вакууме. То есть вот была насыщенная, разнообразная жизнь в полную силу, и тут вдруг – пустота. Одна работа осталась… Театральная студия закрылась. Да, в общем-то, на нее и времени почти не оставалось – слишком много было работы».

…Так же как и я, Настя предпочитает золоту и серебру бижутерию: на столике – разнообразные шкатулочки, резные пиалы с браслетами-кольцами-бусами. И каждое украшение – произведение искусства.

– Смотри, какие я бусы купила в Стамбуле. Ой, как тебе идет! Забирай!

– Вот это колечко из Грузии… Это старинная техника, я его специально для тебя выбирала…

– О! У меня еще осталось вино из Каны Галилейской. Будешь пить?

…Я люблю садиться на ковер в Настиной комнате и рассматривать на стенах маленькие копии Шагала, Магритта, Врубеля и, конечно, знаменитые фотографии. Картье-Брессон, Эрвитт, Родченко…

Недавно весь свой отпуск Настя потратила на фотосеминар в Стамбуле. «Творческая бацилла привилась накрепко, и жизни своей без нее я уже не представляю. Теперь у меня начался фотографический период», – сообщала она в очередном письме.

Иногда утром, сквозь сон, я слышу приглушенный шум фена в ванной, Настя неслышно проходит из коридора в комнату, внося с собой слабый запах изысканных духов. Настя не признает брюк, в ее гардеробе в основном платья и юбки – стильные и красивые. Под каждый наряд – свои туфли и сумочка. Я поднимаю голову с подушки: легко колышется кончик серебряного шарфика, накинутого на плечи, свежая и улыбчивая Настя на мгновение становится серьезной, крестится на иконы, и замечает мое сонное лицо:

– Я тебя разбудила, Ивусь?!

– Нет, что ты, я уже встаю… Удачи тебе!

– До вечера! Буду звонить…

Настя выпархивает из комнаты, мягко закрывает входную дверь. Удаляющийся звон ее шпилек. У меня впереди длинный июньский день, балконная дверь приоткрыта, солнечные лучи заливают комнату. Сейчас я позавтракаю на уютной Настиной кухне или просто выпью зеленого чая и отправлюсь завтракать в свою любимую «Пузатую хату».

Столько всего впереди! Мне надо съездить на Андреевский спуск, посмотреть вышиванку и глиняную крынку (просили знакомые), потом прогуляюсь по Крещатику, в два часа – встреча с Катюшкой на Майдане, затем мастер-класс по декупажу в «Азур-бутике», потом мы поедем с друзьями кататься по Днепру, а вечером – в театр Леси Украинки…

Часов в десять вечера я попаду домой. Настя к тому времени должна вернуться с работы.

Хотя живу я у Насти, с ней мы видимся довольно редко. С утра до позднего вечера она на работе.

Настя уходит на работу, как на праздник, но я знаю, каково ей уже восемь лет заниматься нелюбимым делом. Я бы и полгода не выдержала. Мой личный рекорд – пять месяцев занятий тем, что мне было совершенно не близко. Каждый день я насильно заставляла себя сползать с кровати, кое-как одевалась и стиснув зубы кидала себя в круговерть московского буднего утра, в ненавистный, забитый вагон метро.

Поменяв, наконец, работу, я, кажется, никогда такой счастливой себя не чувствовала… Господи, свобода! Пусть я буду зарабатывать гораздо меньше, – но я занимаюсь любимым делом! Ради этого стоит жить и улыбаться очередному московскому утру. Пробки уже не так раздражают, начинаешь находить свои прелести плавания в океане столичной подземки, позволяя волне выносить себя из вагона и нести к переходу…

Настя работает в крупной инвестиционной компании руководителем отдела по работе с международными клиентами.

Помню грустное лицо Насти, когда она рассказывала про свои обязанности: «Переговоры, составление договоров. Двуязычных, а иногда и на трех языках: украинском, русском и английском. Вот недавно меня хотели повысить в должности, но я отказалась… Тогда точно с ума сойду».

Работа через силу. Мне непонятно, как такая лучистая, творческая Настя попала туда и что дает ей силы работать там уже восемь лет? Такая работа – словно улыбка, засушенная между страниц скучной книги.

Восемь лет назад Настя вернулась из США, куда ездила учиться по обмену. После учебы в Америке она стала говорить по-английски, как по-русски. То, что девушку взяли без опыта работы в крупную компанию на должность секретаря, казалось редким везением. Настя работала за двоих, оказалась очень исполнительным и пунктуальной работником. Приходила раньше всех, уходила – позже всех. Настю повысили в должности, ее зарплата росла… «Я просто очень дорожила местом. Для меня это было подарком свыше. Ведь надеяться мне особо было не на кого, только на себя. Папа умер, мама с младшей сестрой живут в Виннице, сестренка тогда только в пятом классе училась… Сколько могла, мама вложила в меня сил, теперь пришло время отдавать. Работа позволила мне снять квартиру в Киеве, помогать маме и сестре, найти многих прекрасных друзей…»

Снова я в Киеве. Мокрый, блестящий в свете фонарей асфальт на бульваре Шевченко, луна в лужах, и пахнет марципаном. Почему – до сих пор не разгадала, но в Киеве сырыми вечерами пахнет марципаном.

Неприятные новости: метро подорожало. На протяжении многих лет жетон стоил 50 копеек (2,5 рубля), теперь – 2 гривны (10 рублей). Так же и наземный транспорт. Мировой финансовый кризис ударил по многим моим друзьям – они потеряли работу.

Настя похудела и приходит домой еще позже, улыбается через силу. Но глаза по-прежнему лучистые и смешливые. Мы разговариваем, лежа в постелях. Теперь разговор – тоже роскошь.

– Ты можешь читать, делать, что хочешь – мне не помешает. Я со светом прекрасно сплю, – зевая, бормочет Настя. – Знаешь, я верю и жду, что когда-нибудь все изменится. Я недавно на свадьбе подруги снимала, как профессиональный фотограф. Давно я такой счастливой не была! Надо еще немного потерпеть. Сейчас я не могу уйти. Во-первых, надо помочь сестре доучиться. Во-вторых, – кризис, у нас сейчас и так всех сокращают. Мне это не грозит, но если я сейчас сама уйду, – это будет как удар в спину. Мне будет стыдно перед директором, он много для меня сделал… Сейчас у меня прибавилось обязанностей – у нас тоже многих сократили – и если я уволюсь, их не на кого будет переложить. Поэтому надо подождать. Я ведь многое получила благодаря этой работе. Надо уметь быть благодарной. И потом, человеку ничего не дается сверх силы…

Настя говорит уже с закрытыми глазами. Завтра снова рабочий день. На вешалке висит выглаженное яркое платье, рядом – сумочка. Сапожки под платье с вечера найдены и выставлены в коридоре. На столе – чашка с недопитым чаем, мобильник. У стены – пакет с новокупленными красками, стоит уже третий день, не успеваем разобрать.

Да, Настя прекрасно спит и при включенном свете, и при любом шуме. Я на цыпочках подхожу к выключателю. В комнату врывается ночь.

…Мне кажется, – я поняла в жизни что-то благодаря Насте.

Иванна Хмельник

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru