Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

России без славы не бывает

№ 16, тема Слава, рубрика Тема номера

О славе и слове. О славе воинской и Небесной. О том, почему славяне – славяне. О том, почему мы называем себя православными, и многом другом мы беседуем с постоянным автором нашего журнала Махначом Владимиром Леонидовичем.

Беседовал Василий ПИЧУГИН

– Владимир Леонидович, что для Вас значит слово «слава»? С чем ассоциируется?

– Слово «слава» ассоциируется у меня, прежде всего, со словом. Затем – со славянами, так как мы славяне и есть. Но также слава не может не вызывать две важные ассоциации – с Небесной славой и воинской.

Проще всего постичь воинскую славу. Александр Васильевич Суворов – не только великий полководец, но и праведник (кстати, о Суворове никто ни одного дурного слова не сказал и теперь все чаще говорят о возможности его про-славления) – пишет об этом в книге «Наука побеждать»: условия для того, чтобы солдат стал воином, – субординация, экзерциция, послушание, дисциплина. Добродетели, которыми пусть не изначально, но может обладать солдат: глазомер, быстрота и натиск. Итог: победа и слава. Это нормально, что воину за ратный подвиг приличествует слава.

Впрочем, представление о возвышенности воинской славы неизмеримо древнее А. В. Суворова. Обратимся к «Слову о полку Игореве», где о курских дружинниках говорится, что они «ищут себе чести, а князю – славы». Князь – олицетворение города и княжества и, конечно, в какой-то степени дружины, и это означает, что слава общая, она всех обволакивает. Коль славен князь, то славна и его дружина, славна и его земля. Воинская слава безусловно выводит в Небесную славу.

В языческом мире желанной и нормальной кончиной любого воина считалась смерть на поле брани. А у древних германцев просто крайне нежелательно было не погибнуть на поле брани, а умереть от старческой расслабленности.

Христианская Церковь сдержанней к этому относилась, но смерть христианского воина всегда считалась достойной кончиной. Император Павел Петрович даже предложил всех павших воинов причислять к сонму мучеников. Но его отговорили мудрые архиереи, сказав: «Государь, это сделать невозможно. Воинская кончина, конечно, достойна христианина, но мы не знаем, с какими мыслями погиб каждый из воинов».

 

– Для всех традиционных обществ военные – особое сословие, которое заслуживает славы. И возникает вопрос: со-словие пересекается со «славой» или нет?

– Это абсолютно тот же корень, ибо сословие – та социальная группа, чьи особые права и обязанности фиксируются обычаем и затем законом и обязательно наследуются. Префикс «со» указывает на общее слово и общую славу. Дворянин сословен дворянину, но и крестьянин сословен крестьянину. Не случайно только у нас в языке земледелец назывался христьянином. Ведь слово «крестьянин» и произносилось еще в XVI – первой половине XVII века с ударением на последнем слоге.

 

– Владимир Леонидович, а почему мы право-славные?

– Греческий термин «ортодоксия» можно перевести несколькими способами, один из которых совершенно законный – это «православие». Можно перевести, например, вместо «православия» – «правочестие» или «правопочитание». Но в славянском переводе предпочли перевести как «православие» – правильно славящий Господа. Славянам, начиная со святых Солунских братьев Кирилла и Мефодия, хотелось услышать именно славу, а не почитание.

 

– Вопрос современного человека: «А зачем нам вообще славить Бога? И почему это надо делать правильно?»

– Давайте на секунду задумаемся: Кто такой Бог? Он – Творец неба и земли, всего видимого и невидимого. Он создал для нас прекрасный и удивительный мир. Это ли не повод для восторга и хвалы! А кто такой человек? Творение (по-славянски – тварь). Расстояние, разделяющее нас, бесконечно. Особенно после одного небезызвестного происшествия в раю, закончившегося изгнанием. Бог, не желающий нашей гибели, проходит это расстояние. Своей смертью на кресте Бог делает для каждого человека возможным соединение с Ним. В этом суть христианства. Бог стал Человеком и умер на кресте, чтобы соединить нас с Собой. Какое чувство должен испытывать человек, верящий в это? Благодарность, признательность, любовь и восхищение. Как лучше всего можно выразить эти чувства? Благодарить и славить Того, Кто совершил для нас это. Он подарил нам вечную жизнь и воскресение. Это ли не должно вызывать хвалу?! Конечно, Сам Бог в славе не нуждается. Но это нужно нам. Нужно, как воздух. Христианин – это не просто homo sapience (человек разумный), а в первую очередь – человек благодарящий и славящий.

Теперь по поводу того, почему славить Бога надо правильно. Вообще-то все в жизни лучше делать правильно. Но, может быть, не совсем ясно, почему это принципиально важно. Дело в том, что мы славим Бога не только и не столько словами, а в первую очередь делами, жизнью. «Так да светит свет ваш перед людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного», – говорит Господь. А дела, как мы понимаем, бывают разные. И славу они могут принести тоже разную. Походы крестоносцев, насильственное окатоличивание, венчание однополых браков или просто расхождение слова и дела приносили и приносят христианам дурную славу. А через это и Богу. Потому что, говорит апостол Павел, человек преступлением закона бесчестит Бога. Сколько людей отвернулось от Бога из-за дурной славы людей, называющих себя христианами!

Итак, мы называем себя православными, потому что славим Бога и пытаемся делать это правильно. «Говорю так не потому, чтобы я уже достиг, или усовершился; но стремлюсь, не достигну ли я, как достиг меня Христос Иисус» (Флп. 3, 12).

 

– А почему славяне стали славянами?

– Интересно, что к имени славян причастны и слово, и слава. Первоначальное написание – «словене», это было одно из восточнославянских племен. Основателями Новгорода были ильменские словене. Древнее название предков славян – венеды. Академик Б. А. Рыбаков (огромного масштаба ученый) опубликовал вполне правдоподобное предположение: когда мы говорим о славянах, речь, видимо, идет о потомках венедов, и слово «словене» означало «слывущие венедами», то есть имеющие славу венедов, – надо полагать, по наследству. Эти предки славян оставили следы по всей Европе, на Дунае их имя носит Вена, в Северной Италии – Венеция (при Юлии Цезаре там жили венеды), а на северо-западе Франции – Вандея, то есть земля, где когда-то жили венеды.

Итак, славяне – значит «слывущие венедами и имеющие славу венедов». Простое объяснение. Но мы с вами можем увидеть, как это слово приобретает иную огласовку: когда ильменских называли еще «словене», всех вместе взятых уже называли «славяне». Подобно тому как франки – народ свободы, словене – народ славы. Написание «славяне» уже никак не связано с корнем «вене», он отходит на задний план, и остается только лишь «слава».

Заметьте, что это вообще очень доброе слово в русском языке, но имеет массу оттенков (какой славный мальчишка, но он еще ничем не прославлен; славный муж имеет отношение не только к той славе, которой, возможно, он обладает, – к военной славе, а имеет отношение к добродетели: о преподобных отцах писали «муж славен». Славный муж – добродетельный муж).

 

– Подтверждением Ваших слов служат дошедшие до нас славянские имена. Что Вы о них можете сказать?

– Имена эти изначально – преимущественно княжеские. Это имена-титулы. Часть имен сохранилась, они попали в святцы по мере канонизации, но большое количество имен с корнем «слав» вышло из употребления и не вошло в святцы. У поляков сохранилось (у нас нет) имя Болеслав. Не сохранилось имя Доброслав. Слава – какая-то всеобъемлющая добродетель для славян, поэтому масса чисто славянских имен, попавших в церковный календарь, связана со славой. Это о наших предках многое говорит. Было довольно много имен с корнем «мир». Из них, к сожалению, сохранилось только мое имя – Владимир, но были имена Добромир, Творимир. И это в сочетании с Владиславом, Вячеславом, Всеславом, Станиславом, Ярославом.

В литературе встречается, по-моему, совершенно необоснованное предположение, что «мир» у нас до революции писали неправильно – через «и» десятиричное, а надо было, как сейчас, писать через восьмеричное, потому что это – владеющий миром, властитель или император. Наличие имен Добромир, а тем более Творимир опровергает это. Мир – это состояние души. Мне кажется, что здесь происходит встреча двух главных качеств славян. Самая распространенная русская фамилия – не Иванов, а Смирнов – мир, смирный. А вторая по встречаемости фамилия – не Петров и Сидоров, а Соколов. Похоже, что эти две фамилии и отражают два главных качества русского народа – славного (в именах с корнем «слав») и миротворца (в именах с корнем «мир»).

 

– Владимир Леонидович, а слово «слава» имеет только положительное значение?

– Конечно, нет. Это слово амбивалентно, потому что возможны очень суровые словосочетания – «худая слава», «дурная слава». Хочется еще раз отметить: здесь слава уж совсем отчетливо связана со словом. Слова этого боятся дурные люди, боятся дурной славы, и славы русской, российской дурные люди боятся в еще большей степени.

Но есть, например, такое архаическое понятие – «пресловутый» (преславный, особенно славный). Если мы возьмем тексты XVIII века, то там без всякой иронии будет использовано это слово. В XX веке очень многие слова изменили если не семантику, то оттенок. Если о ком-нибудь говорили «наш пресловутый ученый» даже еще во времена Василия Ключевского, то это означало, что он весьма известный ученый. Но если о ком-нибудь написали «пресловутый» в 50-е годы, например в газете «Правда», сразу было ясно – это враг. «Пресловутый Ален Даллес…»

Сталкиваясь со славой, надо помнить, что небрежное славословие, славословие не в достойный адрес не возвышает славимого и позорит славящего. Обратным откатом неизбежно идет дурная слава. Но и без славы никуда не деться.

 

– И в то же время человек, который пытается сам построить, сам собрать свою славу, превращается в тще-славного.

– Все просто: сам себя человек прославить не может. Настоящая слава – от Бога. Но тщетной слава может оказаться не только тогда, когда мы пытаемся прославить себя, но и когда заходимся в подхалимаже по отношению к другим людям. То есть когда вдруг мы начинаем захлебываться славословиями в адрес высокопоставленного государственного человека, чьи деяния неоднозначны (может, они и недурны, но неоднозначны), мы впадаем вот в такую ситуацию.

В нашей истории славу пели и изображали скульптурно и другими способами весьма неоднозначному императору Петру I, но она не стала его ореолом. Он знаменит, «пресловущ», но славен ли? В чем-то славен, а в чем-то – совсем наоборот.

Слава управляема Словом (а Слово – имя Божие). И слава преподобного Сергия Радонежского (вернее, отражение его Небесной славы) настолько опередила все славословия, что (многие читатели, может быть, и не знают об этом) он никогда не был канонизован. Да, это единственный наш преподобный отец, акта канонизации которого найти не удалось, потому что все настолько не сомневались в Небесной Славе его, что забыли прославить на земле.

 

– Как Вы считаете, актуально ли понятие «слава» сегодня?

– Сейчас многие считают, что мы идем к восстановлению России, но без славы никуда не деться, потому что России без славы не бывает. Как ни избегали в советское время повторения чего-то дореволюционного: корабли нашего Военно-Морского флота, например, не носили дореволюционных имен по преемству (исключение составляли «Варяг», а в исследовательском флоте – «Витязь» в память очень известного своими экспедициями парового корвета), – тем не менее, прорвалась слава. «Слава» – русский броненосец, героически сражавшийся и героически погибший в Моонзунском сражении, и в честь него после войны появляется головной крейсер, открывший серию новейших по тем временам крейсеров, – «Слава».

Но вот и другой замечательный пример. Во время Великой Отечественной войны был восстановлен орден Славы как наследник знака отличия военного ордена, то есть солдатского «Георгия». И ордену Славы дали Георгиевскую ленту! Притом было очень удачно решено назвать орден по-славянски – орденом Славы – удачно, потому что это попадало в тот настрой славянской души, о котором мы сегодня говорим.

Одно из самых прекрасных знамений нашего времени – это то, что мы сейчас уже не стесняемся возгласить: «Слава России!» Соответственно «слава» и будет написана на наших знаменах. «Слава» пишется даже на иконах в определенных случаях, обычно в сюжетных житийных иконах. То есть возвращение Руси к Право-славию, возвращение Руси к Слову Божию соприкасается и с тем, что возвращается в нашу жизнь слово «слава».

 

 

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru