Наследник - Православный молодежный журнал
православный молодежный журнал Карта сайта

Соборность и партийная демократия


 

В современном российском обществе сложился крепкий стереотип, согласно которому западноевропейская система народовластия является единственно возможной формой оного. Так ли это? Или может быть иначе? На консервативной периферии политического поля всё чаще звучит корень «собор». В таких словах, как «соборный», «собор», «соборность». Земские соборы представляют как особую русскую технологию народовластия. Действительно ли здесь есть нечто особенное? Будет ли это лучше, чем то, что мы имеем сегодня?

Происхождение

Партийная система народовластия возникла в Западной Европе по инициативе снизу как ограничение монаршей власти. Земские соборы созывались в России не для ограничения власти монарха, а для ее поддержки. В разное время земские соборы или инициировались царской властью, или несли функцию избрания на царство. В Смутное время при ополчениях Земский собор стал верховным органом управления государством.

Издержки партийной демократии

Австро-американский социолог и экономист Й. Шумпетер рассматривал демократию как технологию, позволяющую народу периодически делать выбор между различными элитами, которые конкурируют между собой на политическом поле подобно тому, как конкурируют предприниматели и корпорации на рынке. Проводя параллель между политической сферой и рынком, Й. Шумпетер утверждает, что у власти находятся те, кто контролирует политический «рынок», а следовательно, круг центральных политических проблем определяют не избиратели, и вообще их выбор ограничен представленными на политическом «рынке» партиями, могущество которых неизбежно связано с деньгами. Указывая на принципиальное сходство между технологиями рекламы товара и политической агитации, Шумпетер говорит о способности рекламных технологий искусственно создавать спрос на определенные товары, далеко не всегда действительно нужные простому потребителю. Важна широта охвата и качество рекламы, что, конечно, зависит от количества денежных вложений, добавим мы от себя.

Аналогично происходит и на политическом рынке: рядовому избирателю можно впиарить нужную той или иной партии или фигуре идею. Разница в том, что качество рекламируемых потребительских товаров куда проще проверить, чем качество политических идей. Ярким примером такого рода может служить знаменитый лозунг «Землю – крестьянам!», который провозглашали многие политические силы начала XX века, но никто так и не осуществил. По Шумпетеру, влиятельные политические партии представляют не интересы народа, а свои собственные коллективные интересы; каждую партию можно соотнести с той или иной влиятельной элитарной группой и ее интересами; выбор народа ограничивается наиболее известными, а значит и экономически сильными партиями, народ вынужден выбирать между интересами различных элитарных групп.

Земский собор – народное представительство, формирующееся не по партийному признаку, а по ряду других: корпоративному, сословно-цеховому, территориальному. Технически это работает так: каждая деревня или профсоюз самостоятельно выдвигает своего доверенного на следующую ступень выборной лестницы, затем процесс повторяется на этом уровне, пока не сформируется единый орган, широко и пропорционально представляющий интересы всего народа, – Собор. Выглядит утопично-архаично. На самом деле, это фактически та же система выборщиков, которая действует в США, но без политических партий. То есть подобная система выборщиков работает в стране, считающейся образцовой демократией. Значит, она жизнеспособна в современных условиях и действительно может быть применена в нашей стране в качестве реальной альтернативы партийной демократии. Фактически из политической системы исключаются посредники в виде партий, открывая путь прямому народовластию, где выбор больше не ограничен программами партий элитарных группировок. Какие преимущества несет соборное или прямое народовластие?

Личное доверие вместо PR-технологий

Партийная выборная система сокращает возможность прямого контакта избирателя и избираемого. Как правило, избираемый лишь понаслышке, очень примерно знает, кто его избрал. Избиратель также знает о депутате лишь понаслышке, ему знаком только его образ, создаваемый политтехнологами. Получается, что никто никого не знает, и выбор происходит почти вслепую. Депутат не знает тех людей, которые за него проголосовали, он несет ответственность перед абстрактным «народом».

При осуществлении соборной выборной технологии рядовой избиратель на самом нижнем уровне избирательной лестницы голосует не за созданный политтехнологами образ того или иного кандидата, а за конкретного человека, которого знает лично не только по словам, но и по делам. Этому человеку доверяется отстаивать интересы сообщества на более высокой ступени избирательной лестницы, где опять же люди будут выдвигать человека, с которым имели возможность личного общения и взаимодействия. Делегат отвечает не перед абстрактным народом, а перед конкретными людьми, которые могут снять его с занимаемой должности.

Служение вместо амбиций

Избираемый выдвигается по своей инициативе, а значит во многом руководствуется своими личными амбициями. Такой кандидат часто больше озабочен личным самоутверждением, а не решением насущных проблем.

Для человека, которого выдвигают по инициативе его непосредственного окружения за определенные выдающиеся личные качества, само выдвижение может оказаться полной неожиданностью. В этом случае выдвижение воспринимается скорее как долг, наподобие воинского, чем как привилегия. Факт выдвижения воспринимается не как личное достижение, а как коллективный волевой акт. Такое отношение к избранию было типичным для участников земских соборов. Им приходилось доказывать, что это всё-таки еще и привилегия, а не просто тяжелый и важный труд.

Смелость открытого выбора вместо тайных голосований

Наиболее распространенный способ голосования в современных демократиях – тайное голосование. Избирателю обеспечивается анонимность волеизъявления. Считается, что это исключает давление на избирателя, хотя, конечно, давление и контроль могут приобретать изощренные формы и не всегда снимаются анонимностью голосования. Вместе с тем очевидно, что тайное голосование многократно увеличивает возможность манипуляций и подтасовок, ведь никто не может проверить, кто подписал каждый бюллетень. Чтобы свести к минимуму возможные манипуляции во время голосования и подсчета голосов, привлекают наблюдателей. Из-за этого тайное голосование обходится очень дорого.

Голосование на каждом уровне происходит открыто, каждый лично и открыто высказывает свое мнение о кандидатах или предлагаемых к обсуждению вопросах. Таким образом исключаются возможности подтасовок и манипуляций. Конечно, становится возможным давление или подкуп, но это явления более явные и легче поддающиеся расследованию. Переход к открытому голосованию станет свидетельством взаимного доверия и прозрачности общества.

Профессиональные делатели вместо профессиональных депутатов

Политическая деятельность в Государственной Думе осуществляется профессиональными политиками, что делает политический процесс более отлаженным, но вместе с тем и достаточно дорогим и не всегда эффективным. Профессиональные политики далеко не всегда близко знакомы с теми сферами жизни, на которые их решения оказывают непосредственное влияние. Ограниченные в средствах исследования ситуации на местах, профессиональные депутаты принимают те или иные решения, исходя из искаженного видения ситуации, а нередко и просто из своих личных интересов, лоббируя те или иные решения.

Политическая деятельность осуществляется по преимуществу не профессиональными политиками, а специалистами в различных областях деятельности и знаний. Таким образом, интересы каждой социальной группы могут быть представлены именно теми людьми, которые знают о конкретных проблемах этой группы из собственного практического опыта и, оставаясь профессионалами в своей сфере деятельности, кровно заинтересованы решить поставленные задачи.

Представлять свои интересы, а не выбирать между интересами других

Партийные программы представляют интересы самих партий и элитных группировок, стоящих за ними. Простому избирателю предлагается выбирать ту из систем чужих интересов, которая хоть в какой-то мере отражает его собственные. При партийной демократии народ в очень ограниченных рамках может влиять на формирование круга важнейших государственных проблем. Как правило, это делают за него партии, напрямую зависящие от спонсоров. Так, например, в Германии, не без гордости называющей себя государством партий, в избирательной системе нет всенародных выборов. Есть выборы парламента, который сам потом выбирает президента, наделенного представительскими функциями, но способного распустить парламент. Партии, прошедшие в парламент, выдвигают каждая свою кандидатуру на пост реального правителя страны – канцлера, кандидата утверждает президент. В результате руководитель страны оказывается крепко связан партийными обязательствами и вовлечен в межпартийную борьбу, а население страны вынуждено выбирать между программами партий и не допускается к прямому волеизъявлению. «Я хочу быть канцлером всех немцев!» – говорит Ангела Меркель, но партийные обязательства не дают ей такой возможности. В чем-то схожая ситуация сложилась в России, когда множество людей не ходят на выборы, не желая выбирать из десяти блюд, ни одно из которых не лезет в горло.

При соборной демократии интересы каждой социальной группы выражаются непосредственно ее представителями, лично знакомыми с ситуацией на местах во всех необходимых подробностях. Каждый делегат не связан партийными идеологиями и программами. Всё это позволяет обмениваться частными опытами решения одних и тех же задач, обобщать информацию и вырабатывать общие решения, опираясь на реальное понимание ситуации. Орган местного самоуправления, отправляя делегата, получает возможность донести свою проблему и видение ее решения до власти. Причем делегат, являясь частью местного сообщества, несет личную ответственность за выполнение возложенной на него миссии и может быть снят, если не исполнит ее.

Сотрудничество, а не борьба

Партийная демократия расходует много времени, сил и средств на межпартийную борьбу, которая является едва ли не главной составляющей политической жизни демократических стран. Эта борьба – дорогое удовольствие, за которое платят налогоплательщики из своего кармана, при этом далеко не всегда приводящее к созидательному результату. Межпартийная борьба часто становится самоцелью, ее участники забывают о возложенных на них обязанностях.

В народном представительстве партий нет, а значит, нет и издержек партийной борьбы, коалиционных обязательств, порой заставляющих идти против совести. И есть время и силы для решения насущных задач. Благодаря свободе от партийных шаблонов по каждому вопросу будет формироваться уникальный расклад голосов, процесс принятия решений станет гибким. Каждый выборщик сможет принимать самостоятельное решение, свободно присоединяясь к одному из мнений без оглядки на рамки партийной дисциплины. Отсутствие партийных ограничений освободит пространство для творчества и созидания.

Звучит здорово. Но всё это архаика пополам с романтикой! Слово даже архаичное – «собор», да еще и «земский»! Вы бы еще вече вспомнили! Может, и драки вечевых партий на мосту через Волхов тоже вернем? Стоит ли пытаться вернуть к жизни то, чего уже лет триста нет в нашей стране?

А никто и не спорит. Архаично? Да. Романтично? Да. Но кто сказал, что плохо?! А про триста лет – байки. Последняя попытка вернуться к традициям соборности совсем не так далека от нас на временной шкале. В 1918 году состоялся первый Всероссийский съезд Советов, на котором были закреплены принципы формирования советского (от слова "совет") самоуправления.

 

Филипп Якубчук

Рейтинг статьи: 0


вернуться Версия для печати

115172, Москва, Крестьянская площадь, 10.
Новоспасский монастырь, редакция журнала «Наследник».

«Наследник» в ЖЖ
Рейтинг@Mail.ru

Сообщить об ошибках на сайте: admin@naslednick.ru

Телефон редакции: (495) 676-69-21
Эл. почта редакции: naslednick@naslednick.ru